Глаз урагана

Прямо как мальчишка, не заметивший, что он давно состарился. – Наша мама, – сказал он, – заслужила полноценный отдых. Пусть гуляет.

– И отсыпается, – буркнул Степа.

За этим как бы следовало недосказанное: «Ты бы, папа, тоже шел баиньки. Не видишь? Я хочу остаться один».

– Отсыпается, – повторил отец и снова поморщился. – Брось-ка мне сигареты.

– А где они? – фальшивым тоном поинтересовался Степа.

– В заднем кармане твоих джинсов.

Не отвертишься. Степа всегда брал всю пачку, а потом тихонько возвращал на место.

Куда умнее, чем лишний раз прокрадываться в спальню и шерудеть там мышью. Но на этот раз мышь спалилась. Горела ярким пламенем, аж уши полыхали.

– Я только попробовать, – сказал Степа.

Отец кивнул:

– Понятное дело. Давно куришь?

– Редко. И не в затяжку.

– Я тоже начинал в твоем возрасте и тоже не в затяжку. А теперь вот…

– Что?

– Кха. Ничего.

Степа сунул отцу сигареты, спички, пепельницу и вернулся за стол. Из-за несостоявшейся нотации он почувствовал к отцу благодарность.

Неожиданно для себя он выключил компьютер и откинулся на стуле, давая понять, что не прочь поболтать на отвлеченные темы. В темноте, заполнившей комнату, была только одна яркая точка: рубиновый огонек сигареты.

– Вот ты климатом занимаешься, – сказал Степа, наблюдая за огоньком, – так, может, объяснишь, что происходит?

– А что происходит? – насторожился отец.

– То потоп, то засуха, то морозы в Африке, то в Москве асфальт от жары плавится. Только не надо про циклоны и антициклоны.

Лучше прямо скажи, нам по ящику правду про глобальное потепление говорят? Или лапшу вешают?

Отец, похожий на призрак, окутанный паром, задумался.

– На этот вопрос не существует определенного ответа, – признался он наконец. – Антропогенный фактор…

– А без этих своих ученых фишек? – попросил Степа.

– Выброс в атмосферу углекислого газа, – поправился отец. – Действительно ли увеличение его содержания вызывает потепление на планете? Неизвестно.

За минувшее столетие температура в среднем повысилась на полградуса, а концентрация це-о-два – на тридцать процентов. Чтобы определить закономерность, необходимо вести наблюдение еще два века, а этого времени у нас нет.

– В смысле? У кого: у нас?

– У человечества.

Столько безысходности послышалось в голосе отца, что Степе стало как-то неуютно. Поджав под себя ноги, он тихо спросил:

– Вымрем как мамонты?

– Не вымерли они. Погибли в одночасье.