Капитан разведки

Около половины курсантов позеленели от страха, что было вполне нормальной реакцией на врожденную боязнь высоты. Если подчиниться страху, то с человеком начинают твориться пренеприятнейшие метаморфозы, превращающие царя природы в тварь дрожащую. С некоторыми нечто вроде этого и происходило, так что их приходилось силой выталкивать наружу, но это была привычная процедура. Хват же шагнул за борт самолета самостоятельно, без колебаний, хотя и без показной удали. Ему действительно не было ни капельки страшно, вот что самое поразительное! Ведь к страху привыкают постепенно, как к купанию в ледяной воде.

Даже совершая десятый прыжок с парашютом, человек не перестает бояться, хотя страх больше над ним не господин, а лишь тот «звоночек», который предупреждает бойца об опасности, помогает ему быстрее принимать единственно верное решение в рискованной ситуации.

Все это было так… или почти так. Потому что в случае с Хватом инструкторам приходилось поступать прямо противоположным образом. С самого начала его стремились научить бояться, устраивая ему схватки на краю пропастей, форсирование горных рек без страховки, проходы через горящие здания, преодоления полос препятствий под огнем «неприятеля», внезапные рукопашные, автомобильные аварии и прочие ловушки.

Как только Хват справлялся с очередным тестом, его подключали к аппаратуре, пытаясь обнаружить признаки пережитого стресса, но все напрасно. С таким же успехом можно было бы исследовать изменения в психике терминатора, выполнившего свою очередную миссию.

Присутствуй в поведении этого удивительного курсанта хотя бы намек на дерзость, высокомерие или позерство, он был бы немедленно отчислен из училища, но парень сохранял полную естественность, что подкупило его будущих командиров. «Ничего, еще научится бояться», – сказали они и оказались правы. В дальнейшем выяснилось, что Хват действительно умеет испытывать страх. Правда не за себя – за исход порученного задания, за жизнь подчиненных, за безопасность мирного населения, находящегося в зоне боевых действий.

Эта мягкость в сочетании с личным бесстрашием сыграла с ним ту самую злую шутку, в результате которой спецназовец оказался в отставке.

Полковник Реутов полагал, что ГРУ не имеет права разбрасываться столь уникальными кадрами и, будучи привлеченным к проведению операции в Москве, твердо высказался за кандидатуру Хвата. Ознакомившись с его личной характеристикой, руководство дало «добро». Ничего удивительного.