Караван дурмана

– Самое страшное, что существуют ублюдки вроде тебя, торгующие оружием и наркотиками, – монотонно произнес Громов и прищурился. – Водители знали, что именно везут, м-м?

– Боже упаси!

– Только бога сюда приплетать не надо. Это наши проблемы, человеческие. – Большой палец Громова взвел пистолетный курок, указательный сдвинул флажок предохранителя.

– Этого не надо, – попросил Корольков незнакомым блеющим голосом. – Не надо этого.

– Да что здесь происходит, в конце концов! – опомнилась Наталья. – Не вмешивайте меня в свои грязные делишки! Немедленно убирайтесь из моего дома! Оба!

Впервые в жизни она подумала, что быть замужем за алкоголиком не так уж плохо.

Ни один самый жесточайший запой Феди не сулил ей столько неприятностей, сколько появление трезвого, опрятного и состоятельного Игоря Королькова. Гранатометы, героин, долг в полтора миллиона долларов… Это было уже чересчур. Одно дело, когда деньги зарабатываются на банковских махинациях, просроченных лекарствах или тухлых окорочках. Совсем другое, если от них попахивает откровенной уголовщиной. Поднявшись во весь рост, Наталья гневно указала на дверь:

– Вон!

Громов не удостоил ее внимания, лишь двинул вперед журнальный столик, отделявший его от собеседников. Получив ощутимый удар по коленным чашечкам, ойкнувшая Наталья была вынуждена сесть на диван, с которого так поспешно вскочила. Игнорируя ее возмущенное шипение по поводу ушибленных коленок, Громов мрачно спросил у Королькова:

– Ну, деятель? Тебе есть, что еще сказать? Или пора подводить черту?

Корольков чуть не задохнулся:

– Никакой черты подводить не надо.

Я сам себя наказал. Серьезные, очень серьезные люди сделали предоплату. На их деньги был приобретен товар и организована перевозка. Но произошел сбой, я свои обязательства не выполнил, а за это карают строго. Теперь меня ищут. С меня голову снимут, когда найдут.

– И правильно сделают, – убежденно сказал Громов. – Ты знаешь, сколько в стране наркоманов? Сегодня вы скармливаете им дурь, а завтра один из этих зомби пырнет ножом твою мать, чтобы раздобыть денег на очередную дозу.

Корольков понурился. Конечно же, жаль ему было лишь самого себя, но со стороны казалось, что он преисполнен чувством раскаяния. Впрочем, Наталья посмотрела на него без всякого сочувствия.

– Значит, ты мне все врал про удачную сделку! – процедила она обличающим тоном. – Никаких денег у тебя нет. Что же ты мне голову морочил?

– Деньги есть, – засмущался Корольков.