На секретной службе

 – При всех своих достоинствах он не в состоянии помешать Хамени обзавестись «Печорами» и «Фениксами».

– А кто может помешать? – Маленькие глазки президента уставились на госсекретаря. – Может быть, вы? – Его взгляд переметнулся на советника. – Или вы?

Он утвердительно кивнул:

– Да, мы позаботимся об этом.

– Если вы утвердите наш план, – поспешил добавить госсекретарь. – Главный камень преткновения – российские противовоздушные установки. Сорвав их поставки в Иран, мы сохраним полное превосходство в воздухе.

Война будет молниеносной.

– Вы в этом уверены?

В президентском голосе прозвучала неподдельная тревога. Не так давно он впервые увидел эти ужасные наглухо застегнутые мешки с телами погибших, прибывавшие из Ирака, и он знал, что еще немало таких мешков хранится сейчас под беспощадным багдадским солнцем в контейнерах без надписей. Ему также пришлось лично присутствовать на нескольких похоронах, выражая соболезнования родственникам погибших солдат, и мысль о новых опытах подобного рода была ему противна.

– Кто может поручиться за правдивость ваших проклятых слов? – спросил он.

– Мы полагаем, что без ПВО Иран не способен оказать серьезное сопротивление, господин президент. – Рассуждая вслух, госсекретарь взялся протирать стеклышки своих очков. – Я только что беседовал с командующим наших воздушных сил. Генерал Хорнер утверждает, что ему понадобится тридцать пять дней непрерывных воздушных налетов. К десятому дню ни один иранский самолет не оторвется от земли больше чем на шестьдесят секунд.

Он говорит, что отвечает за свои слова и может поклясться погонами. – Госсекретарь водрузил очки на переносицу и уставился на президента. – Что касается наземных сражений, то у Ирана вряд ли имеются большие запасы снарядов для артиллерии и танков. Их дальнобойность не превышает девятнадцать миль. Нам известно, что снаряды уже доставлены передовым частям, но при такой малой дальнобойности все орудия будут располагаться в пустыне, без какой-либо маскировки. Наши летчики уверены, что они обнаружат и уничтожат их.

– Таким образом, без русских ПВО Хамени обречен?

– Как младенец, брошенный на съедение койотам, господин президент, – наклонил голову госсекретарь.

– Звучит оптимистично. Мне нравится это сравнение, будь оно проклято!

Президент встал, повернулся и поднял голову. С герба на него смотрел орел, сжимающий в когтях пучок стрел.