Туманный вирус

Шутили, что она умеет все, что должен уметь настоящий мужчина, и даже больше, потому что помимо прочего владеет различными женскими хитростями, а также прелестями, которыми Аллах не наградил сильный пол. Шухарбаев несколько раз сталкивался с Багилой в «Белой ставке», и, надо признаться, она произвела на него сильное, почти неизгладимое впечатление. Прекрасно сложенная, очень красивая, с умными глазами под идеально ровной челкой. Холодное, непроницаемое лицо Багилы казалось неживым, но тем заманчивее было представлять себе это лицо, искаженное пароксизмом страсти.

– Это все, – сказал Хафиз, не дождавшись реакции на свое сообщение.

– Нет, не все. – Шухарбаев закашлялся. – Зачем присылают человека из Москвы?

– Я не понял, Нуртай Шухарбаевич.

– У тебя мозгов нет?

– Мозги есть, – похвастался Хафиз. – Но, когда я вез Бабуина и Багилу, они от меня отгородились. Я успел услышать только про какую-то кровь шайтана…

– Сатаны? – уточнил Шухарбаев, давясь кашлем.

– Да, да, вы совершенно правы.

– Я всегда совершенно прав, кхе-кхе.

Горло сушило, очень хотелось пить, но приходилось терпеть. Шухарбаев уже понял, о чем идет речь. Султанбаев и его цепная пантера не зря секретничали в салоне бронированного лимузина, подняв стекло, отгораживающее их от шофера. Приезд сотрудника Антитеррористического Центра означал, что президент намерен бороться за свое кресло. Значит, началась контроперация.

– Когда у тебя день рождения, мой мальчик? – ласково поинтересовался Шухарбаев.

– Первого декабря, – ответил Хафиз.

– Я подарю тебе «Мерседес». Хочешь новый «Мерседес»? Черный, блестящий…

– О, господин!

– Ты его получишь, – пообещал Шухарбаев, полоща горло остывшим чаем.

– Но что я должен буду делать?

Было слышно, что Хафиз вне себя от радости. Шухарбаев улыбнулся.

– Ничего, – сказал он. – Вернее, выполняй все, что тебе прикажут на службе.

– И все?

– Пока все.

– Даже не знаю, как вас благодарить, Нуртай Шухарбаевич!

– Тогда не благодари. – Шухарбаев поднес пламя свечи к трубке.

– Как можно, что вы! Огромное вам спасибо.

– Не за что, мой мальчик.

Отключив телефон, Шухарбаев хрипло засмеялся, срываясь на кашель. Гашиш попался веселый, бодрящий.

– Не за что, – повторял он, пуская дым изо рта, – не за что.

Это-то и было самое смешное.