Умри сегодня и сейчас

У нас… – Бондарь сверился с часами, – у нас в запасе два часа с лишним. Футболка высохнет на батарее. Так что читай, дорогая. Вслух.

– Надеюсь, не по стойке «смирно», товарищ капитан?

– Лежи, – милостиво разрешил Бондарь.

Ее монотонное чтение нагоняло зевоту. Да и что особенного представляло собой самое маленькое государство Балтии с площадью 45 000 квадратных километров? Полторы тысячи крошечных островов, тысяча озер, болота да торфяники, занимающие четверть территории. Все остальное – унылая плоская равнина, покрытая лесами.

Узнав, что самая высокая гора Эстонии вознеслась на целых 318 метров над уровнем моря, Бондарь спросил себя: а есть ли в стране альпинисты, и если да, то водрузили ли они знамя на покоренной вершине?

– Ты меня совсем не слушаешь, – с упреком сказала Вера.

– Слушаю, – возразил уставившийся в потолок Бондарь, – очень даже внимательно.

– Ну и что я сейчас прочитала?

– Эстонское время опережает московское на два часа.

– А вот и нет, – торжествующе воскликнула Вера.

 – Они как раз от нас отстают. Зимой – на час, летом – на два.

– Медлительный народ, – заключил Бондарь. – Причем, как ни странно, выходит, что на морозе они ведут более активный образ жизни.

– У них не бывает морозов. Жары тоже не бывает. Средняя температура воздуха в январе, – Вера сверилась с текстом, – минус пять градусов. В июле – плюс шестнадцать. Такие плавные перепады вызваны сочетанием морского и умеренно-континентального климата.

– Везет же некоторым! Ни на зимнюю одежду не нужно тратиться, ни на летнюю.

Демисезонный народ – эти эстонцы.

– Чтоб ты знал, из полутора миллионов тамошних граждан триста тысяч наших, русских.

– Тридцать процентов православных на семьдесят процентов католиков, – подсчитал Бондарь.

Вера снова поднесла страницу к глазам:

– Нет там никаких католиков. Лютеране какие-то. Кто такие?

– В точности не знаю, но подозреваю, что это последователи Люцифера, – вдохновенно соврал Бондарь, пуская руку в путешествие по Вериному телу.

Она вздрогнула:

– Разве такое может быть?

– Если в конституции записано, то запросто, – убежденно произнес Бондарь, продолжая обследовать выпуклости и впадины, попадающиеся ему на пути.

– Погоди, – отмахнулась Вера, – тут как раз самое интересное начинается. Эстонская крона, равная 100 сентам или центам, жестко привязана к евро…

– Чем?

– Отстань ты со своими глупостями!.. Окончательный переход на евро пока не произошел… Убери руку!..