Умри сегодня и сейчас

Толстозадый малый в фирменном комбинезоне вел себя так степенно, словно заправлял не легковушку, а самолет или даже космическую ракету.

– Сонное царство какое-то, – заключила Вера по выезде с заправки.

– Европа, – пожал плечами Бондарь.

– Прокати меня с ветерком, Жень. А то я тоже начинаю засыпать на ходу.

– Слушаюсь, мэм.

Бондаря долго уговаривать не пришлось. Он и сам изнывал от отупляющего ритма здешней жизни. Разогнавшаяся «Ауди» птицей полетела мимо вылизанных двориков, подстриженных кустов и кукольных домишек с красными черепичными крышами.

Шоссе было узким, ровным и гладким, как школьная линейка. Ни колдобин, ни выбоин. На каждом перекрестке торчали указатели, так что заблудиться в Эстонии не смог бы и ребенок.

Несмотря на то, что дело происходило среди бела дня, все встречные автомобили ехали со включенным ближним светом. Как только Бондарь показывал левым поворотником, что собирается идти на обгон, водители покорно прижимались к обочине, пропуская его вперед. Такая идиллия продолжалась до тех пор, пока «Ауди» не взялась обгонять белый «Форд», следующий параллельным курсом.

В нем, на беду Бондаря, сидели полицейские с радаром. Разумеется, это были эстонские полицейские, так что общение с ними напоминало пытку. Нечто вроде поджаривания на медленном-медленном огне. Бондарь даже начал подозревать, что имеет дело не с толстокожими тугодумами, а с изощренными иезуитами, испытывающими его выдержку.

В ходе монотонного собеседования выяснилось, что: а) штраф за езду без включенного ближнего света составляет 600 крон (что-то около 40 евро); б) превышение скорости на двадцать километров в час карается штрафом в 3500 крон или изъятием прав на срок до трех месяцев; в) не стоит пытаться «договориться» с дорожной полицией и предлагать оплатить штраф на месте – это равнозначно подкупу должностного лица.

– Штрафы оплач-чиваются исключ-чит-тельно панковскими плат-тежами, – предупредило должностное лицо с белесыми бровями и поросячьими ресничками.

– Вы хотели сказать: «банковскими»? – догадалась Вера, которой захотелось покрутиться рядом с мужчинами.

– Именно, вот, – кивнул полицай. – Панковскими, та.

Бондарь сложил названные цифры, разделил получившуюся сумму на курс доллара и подумал, что действовать предстоит в максимально сжатые сроки, а от быстрой езды лучше отказаться вообще. Подотчетные деньги стремительно таяли.

– Мы обязательно заплатим, правда, Жень? – сказала Вера, тормоша Бондаря за рукав. – Поехали искать банк.