Умри сегодня и сейчас

 – Даже пьяному. Впрочем, я готов рискнуть.

– Вы о чем? – удивилась Ингрид, машинально выплевывая лезущие в рот волосы.

– Предлагаю смотаться за шампанским и попытать счастья вместе. Одного на двоих будет в самый раз.

– Спасибо, но я уже нашла свое счастье. Кроме того, на маяке водится привидение. Местные жители называют его Гневной Рыбачкой.

Ингрид медленно побрела вдоль берега, Бондарь последовал за ней. Море плескалось у их ног, облизывая оставленные на песке следы. Пахло солью, свежестью и безбрежным простором.

– И зачем только вы приехали в Пярну? – воскликнула Ингрид после минутного молчания.

– Чтобы провести здесь медовый месяц, – сказал Бондарь.

– Вам следовало поискать какое-нибудь другое место, Женя…

– Почему, Ингрид?

– До вашего появления все было просто и ясно. А теперь…

– Что теперь?

– I am confused, – перешла на английский Ингрид. – I don…t know what to do.

Это означало, что она сбита с толку и не знает, как быть, но Бондарь не стал обнаруживать свое знание английского языка. Почему-то ему казалось, что разговор неспроста и нужно держать ушки на макушке.

– Я в эстонском ни бум-бум, разве вы забыли? – напомнил он.

– Это был английский, – тихо сказала Ингрид.

– И что вы сказали?

– Forget it! Забудьте. Я такая сумасбродка!

Они молча развернулись и пошли в обратном направлении.

– Давайте начистоту? – предложил Бондарь.

– Давайте. – Ингрид остановилась, сунув руки в карманы, расставив ноги и наклонив голову, чтобы нельзя было увидеть выражение ее лица.

– Мне кажется, что вы хотите мне что-то сказать.

– Хочу. Но сначала я предпочла бы выслушать вас.

– Профессор Виноградский…

– Что профессор Виноградский?

– Не слишком ли он стар для такой девушки, как вы? – заговорил Бондарь, как бы рассуждая вслух. – И чем вы станете заниматься в Пярну? Подавать обеды курортникам? Вязать носки на продажу? Писать книгу «Тысяча и один способ приготовления кровяной колбасы»? Все эти увлекательнейшие занятия заставят вас сходить с ума от тоски.

– Почему вы постоянно говорите о собаках? – сердито спросила Ингрид. – То дикие, то воющие…

– Виноват, – сказал Бондарь. – Давайте вернемся к милому вашему сердцу Пярну.