В России жить не запретишь

Пока он читал книгу по-английски, Лариска умяла банан и распечатала коробку «Рафаэллы». К тому моменту, когда дело дошло до перевода, конфет в коробке осталось на самом донышке.

Лариска зевнула и уставилась в окно. Какое ей дело до клумбы, которая, оказывается, была снабжена не только перископом, но и люком с моторчиком? Чем ее, Лариску, могут заинтриговать подозрительные типы, выбирающиеся из подземелья? Она насторожилась, лишь заслышав, что коварные шпионы не только держат в руках пистолеты, но и передвигаются среди розовых кустов на приспособлениях, напоминающих снегоступы.

– Затем, – провозгласил замогильным голосом Никита, – выстроившись в линеечку, они пошли по аллее к дворцу. Было что-то ужасно зловещее в том, как мягко они ступали в тени, осторожно, по очереди поднимая и опуская большие, обвязанные ремнями ноги…

– Не понимаю. – Лариска вытерла перепачканные шоколадом губы. – Какие еще снегоступы?

– Снегоступы, они вроде широких лыж, – терпеливо пояснил Никита.

– Зачем?

– В книге говорится зачем.

– А я не поняла.

– Чтобы не приминать траву, – вздохнул воздевший глаза к потолку Никита. – Чтобы не оставлять следов. Неужели не ясно?

– Совершенно не ясно, – сказала Лариска, сползая с дивана. – Этих дебилов в снегоступах моментально вычислит первый встречный и позвонит в полицию. Лето же! Травка зеленеет, пчелки жужжат. Жарко…

Иллюстрируя сказанное, Лариска сбросила топик и пошла на вскочившего из-за стола Никиту, расставив руки на манер курятницы, ловящей цыпленка.

– Урок не закончен, – заволновался Никита, сохраняя между собой и полуголой Лариской безопасную дистанцию.

Благо площадь комнаты позволяла маневрировать сколько угодно долго – тут было где развернуться. Плацдарм, а не квартира, подумал Никита отстраненно. Военный полигон. Стены фотографиями военачальников увешаны, есть даже Буденный (правда, без шашки) и маршал Жуков (вылитый народный артист Ульянов). Вся эта героическая компания уставилась на происходящее немигающими глазами, в которых чудилось немое осуждение.

– Домашнее задание выучила? – спросил Никита, когда, запыхавшись, оба замерли друг против друга, разделенные яйцеобразным палисандровым столом, на котором, если бы не обилие хрустальных ваз, впору танковые сражения устраивать.

– Тхерез носинг… – начала Лариска и поморщилась, махнув рукой. – А, ну тебя, не буду. Язык сломать можно.