Жадный, плохой, злой

Все это машинально пронеслось в моей голове, но ответ я так и не успел придумать, потому что в глаза мне вдруг бросилась одна деталь, которую я до этого не заметил.

Толстая прозрачная леска слегка зеленоватого оттенка, способная выдержать на весу стокилограммового сома. Она была завязана в петлю, только узел соорудили не скользящий, а затянули его намертво. Петля охватывала тоненькую шею Светочки. Свободный конец свисал за ее спиной до самого пола.

– Дай нож, – велел я Вере и только потом обратился к дочери: – Откуда у тебя это украшение?

– Тот бородатый дядя сначала дал мне записку, а потом надел на меня эту гадость.

 – Светочка с трудом втиснула палец между леской и горлом, подергала и призналась: – Никак не развязывается. Я старалась-старалась…

– Убери руку, – попросил я. Лишь когда лезвие ножа осторожно перерезало леску, я задышал полной грудью, словно до этого удавка находилась на моей собственной шее. Впрочем, когда я заговорил снова, голос мой звучал немного искаженно: – Этот бородатый дядя, этот… – С трудом проглотив эпитеты, которые так и просились на мой язык, я закончил: – Он что-нибудь передал мне на словах?

– Да! – оживилась Светочка.

 – Вспомнила! Если ты заупрямишься, меня подвесят на точно такой же леске. И предупредил, что петля отрежет мою славную головку. Разве такое может быть, папа?

Меня словно железным ломом в сердце саданули. Пока я безмолвно хватал ртом загустевший воздух, на помощь пришла Вера.

– Больше слушай всяких больных идиотов! – презрительно воскликнула она, увлекая Светочку к столу.

 – И не надейся, что из-за подобной ерунды я позволю тебе отлынивать от работы. Сейчас я займусь начинкой, а ты – тестом.

Вера всегда была твердо убеждена в том, что сюсюканье и всякие телячьи нежности только ослабляют людей, мешают им собраться в моменты опасности. Вот и ко мне она обратилась тоном, в котором трудно было заподозрить сочувствие:

– Ты поедешь?

Светочка гремела умывальником на веранде, разыгрывать перед ней невозмутимость и спокойствие пока что не было никакой необходимости, поэтому я мрачно процедил:

– Куда я денусь?

– Может быть, мы все-таки успеем скрыться?

Я посмотрел на валяющуюся у моих ног леску и медленно покачал головой:

– От таких приглашений не отказываются, Вера.

– Я бы поехала с тобой, – сказала она, – но ведь ты скажешь, что мне придется позаботиться о Светочке, да?

– Да. Считай, что уже сказал.