Жадный, плохой, злой

В доме царили относительная чистота и порядок, потому что супругу Петровича, великомученицу Варвару, схоронили всего за неделю до нашего приезда. Вера сменила постели, а я за пять ходок вынес во двор пустые бутылки и засел писать детектив.

Черновик был закончен через две недели. Потом в течение месяца я упорно долбил клавиши пишущей машинки, приобретенной в Москве. Воспоминания были еще очень свежи, так что получилось очень даже прилично для новичка. В первом же столичном издательстве, куда я приперся со своей рукописью, меня наградили звучным псевдонимом и скромным гонораром.

Я воспрянул духом. Купил старенький компьютер с запоздалой реакцией начинающего маразматика и выдал еще один детектив. Псевдоним мне оставили прежний, а гонорар повысили втрое.

Будущее показалось мне ясным и светлым, как погожее утро – утро новой жизни. Я как раз взялся за очередной шедевр, когда мои планы рухнули, подобно карточному домику. И всему виной был щекастый гость. С кем он собирался меня познакомить? Что этим людям от меня нужно? Поскольку ответов на свои вопросы я не знал, мне захотелось немедленно вернуться на улицу и растоптать трусливо брошенные на поле боя очки незнакомца.

Даже в такой малости мне не повезло. Не зря говорят: пришла беда, отворяй ворота. Зеркальными очками успел завладеть дядя Витя (или Митя?). Гордо водрузив их на свой пупырчатый нос, он выписывал по улице кренделя на своей дребезжащей лайбе и тихонько напевал про мгновения, которые свистят, как пули у виска. Это я спровоцировал его своим ложным признанием в употреблении горячительных напитков.

Впечатлительный Митя-Витя тоже пожелал употребить аперитив. Теперь внутри него скопилось примерно столько же градусов, сколько их было снаружи. Сорок на сорок. Идеальный баланс.

– Игорек! – крикнул он, проезжая в опасной близости от столба, за который я вовремя успел отпрянуть. – Самое время добавить!

Я задрал голову, полюбовался ослепительным солнцем в зените и усомнился:

– Жарковато для возлияний. Может быть, попозже, вечерком?

На самом деле мне вдруг чертовски захотелось вылакать полный стакан теплой водки.

Я просто надеялся, что сосед согласится с моими доводами, образумится сам, да и меня удержит от опрометчивого шага. Но Митя-Витя был не из тех, кого могут напугать погодные условия. Он не собирался ждать милостей от природы в виде освежающей вечерней прохлады.

– Зачем попозже? – крикнул он задорно. – У меня с собой!

– А закуска? – упорствовал я из последних сил.