Живешь только трижды

Бондарь и Кардаш имели на руках самые обычные гражданские паспорта, помеченные штампами на второй странице обложки. Сим удостоверялось, что они действительно прописаны на территории Российской Федерации, так что платить взятки в размере ста баксов не намерены. Их общий багаж весил значительно меньше пятидесяти килограммов, ликероводочных изделий они при себе не имели, а что касается наличия порнографии, оружия или наркотиков, то в этом плане они тоже не представляли собой никакого интереса. Тогда таможенник почесал затылок и задал самый каверзный вопрос, на который был способен:

– Иностранная валюта имеется?

Изъяснялся он, кстати, на чистейшем русском языке, как подавляющее большинство крымчан.

Что не мешало ему относиться к гостям из Москвы с настороженностью, граничащей с враждебностью.

– Имеется, – заверил таможенника Костя.

– Предъявите. – В устремленных на него глазах зажглись алчные огоньки.

– Пожалуйста.

На стойку легли две невзрачные стопки гривен, украшенных ликами ясновельможных князей, усатых гетманов и не менее усатых кобзарей.

– Какая ж это иностранная валюта? – искренне огорчился таможенник.

– Для нас иностранней не бывает, – изрек Костя, за что удостоился сразу двух испепеляющих взглядов. Один из них принадлежал Бондарю, неодобрительно наблюдавшему за напарником.

– Не лезь на рожон, – процедил он, когда их скромная наличность была пересчитана и они были отпущены с миром. – Это очень зловредный и непредсказуемый народ.

– Ты имеешь в виду хохлов?

– Таможенников, Константин, только таможенников, – ответил Бондарь.

– А что они нам могут сделать?

– В принципе ничего. Но дразнить гусей не надо, уяснил?

– Нет, – простодушно признался Костя. – О ком мы толкуем? О хохлах, таможенниках или все-таки о гусях-лебедях?

Хотел Бондарь сказать ему пару ласковых, но тут их окружила шумная толпа квартиросдатчиков, предлагавших немедленно отправиться хоть в Алушту, хоть в Алупку, на выбор. Путешественники стремились в город-герой Севастополь, и проживание в частном секторе их не прельщало, но прошло не менее пяти минут, прежде чем удалось втолковать это назойливым домовладельцам.

А затем на двоих москвичей накинулись местные таксисты, готовые доставить их хоть к черту на кулички.

– Куда едем, молодые люди? – распинались они, стараясь перекричать друг друга. – Едем куда?

– Уже приехали, – успокаивал их Бондарь, а Костя молча рассекал толпу плечом, сопя, как медведь, окруженный сворой собак.