Когда оживают Тени

Но ждать пришлось очень долго. Так как на этот счет законы Олдуотера не отличаются здравомыслием. Традиции предписывают срок в пятнадцать лет в случае, когда смерть лорда никем не подтверждена. Ни гранд, ни Совет не вправе решать, кто будет обладать регалиями до тех пор, как-то ускорить процесс. Могут назначить управляющего. Но как только выйдет положенное время и будет определен наследник, цепь передается ему, а прочие остаются с носом.

Глупость? Возможно. Но дурацкие законы зачастую основаны на реальных прецедентах.

И насколько я знал, данный не являлся исключением.

Обычай родился лет двести тому. Тогдашний верховный лорд пропал без вести во время войны с туату. Флагманскую субмарину подбили в бою, уцелевшие суда в панике отступили. Позже конфликт замяли и выбрали нового правителя из другой ветви того же рода, ведь искренне считали, что старый сгинул. Однако все изрядно удивились, когда бывший гранд вернулся спустя восемь лет и заявил право на престол. Оказалось, туату взяли тонущий корабль на абордаж, уцелевших членов команды, не разбираясь, отправили на рудники.

И лишь спустя годы правителю удалось выбраться из заточения.

И тогда завертелось. Так как новый лорд успел насолить тем, кто сидел у кормового мешка при старом. Кого-то обидел, кому-то не обеспечил положенных почестей. И те быстренько под лозунгом возврата законной власти развязали гражданскую войну. Крови пролилось столько, что многие конфликты и до и после меркли на фоне этого.

Старый лорд, к слову, трагически погиб в бою при осаде Лимерика, одного из городов Олдуотера.

Восстание, соответственно, провалилось, и страсти немного поулеглись. Однако Совет сделал соответствующие выводы и протащил через голосование новую поправку к закону о наследовании.

Пятнадцать лет – чертовски долго. Но родственник умел ждать. Единственное, чего не учел в расчетах – меня.

– Что вы имеете в виду, дядя?

Я изобразил вежливое внимание.

– Брось, Ормонд! – хмуро проворчал Нолан. – У меня нет времени играть. И нет желания.

Дела, знаешь ли. Буду говорить прямо: твое наследство превратилось в воду. Шахты и заводы пришлось продать, чтобы погасить часть старых долгов. Лир мало занимался управлением, пускал дела на самотек, твоя мать совершала ошибки. К тому же набег фоморов на внешние города и война с дальними лишили нас рынков сбыта, компании не успели перестроиться.

Он отвел взгляд, а я чуть склонил голову.

– Понимаю.

– Хорошо, – оживился дядя. – Рад, что мы на пути к компромиссу.