Серая Башня

Слово происходит от слова «день» и изначально относилось к поденной оплате за труд батрака – плате едой, надо думать. Поэтому в некоторых соседних странах, а также в прошлом Стаентрада, деньги тоже назывались «дэйнары», «деннары», «деннарии» – что значит: «поденная, дневная плата», «дневной заработок».

– Доберёмся до домов впереди, – сказал Тольскер, – и там остановимся. Уж всяко должна быть корчма на пути – вдоль казённого-то тракта!

Все приободрились, услышав это. Я тоже – и не столько потому, что хотелось поесть и посидеть в тепле, сколько из-за того, что уже весь зад отбил этой чёртовой верховой ездой.

Я не привычен ездить на лошадях, и не садился в седло уже несколько месяцев. Последний раз, когда я влезал на лошадь, закончился тем, что в пути через ночной лес на меня напали волки. Чудом я от них отбился – и всё лишь благодаря моей курительной трубке. Подробней об этом расскажу как-нибудь позже.

Вернувшись в столицу после той безумной поездки, я долго не садился на коня и даже думать забыл о путешествиях куда-либо.

А ездил я в тот раз в глухую деревушку под названием Obharen Dan, «Бобровая Плотина», расположенную неподалёку от Аг-Винэос, чтобы проведать одну знакомую – старушку по имени Мэлис. Она была Zeya Straat – «ясновидящая», «пророк». Она владела Тэ-сю А’ргаэ, только её способность была связана с восприятием частиц времени из будущего, а не из прошлого, как у меня.

Не только нападение волков испортило мне настроение в тот день, но и то, что я услышал от Мэлис.

Как сейчас вижу: слепые белые глаза старухи обращены ко мне, и она скрипучим голосом говорит:

– Вскоре всё изменится. Большие перемены грядут.

– Большие перемены?!

– Да. В Серой Башне.

– В Серой Башне?!

Старуха довольно улыбнулась, обнажая редкие коричневые зубы.

– В Серой Башне. Всё переменится, и Камень покинет пределы Хранилища.

Так оно в итоге и вышло – Камень Отатиса вместе с другими реликвиями украли.

– Для тебя всё начнётся в день первого снегопада, – говорила старуха.

И это тоже сбылось.

Кроме того разговора с Мэлис и нападения волков в те дни со мной приключилась ещё одна неприятность – каждую ночь я начал видеть странные тревожные сны, из-за которых стонал, ворочался и просыпался в холодном поту. Лишь слово, кем-то шёпотом произнесённое во сне, успокаивало, и я мог заснуть снова.

Да, то слово. То слово. «Dalanadriel’» – именно это слово слышал я каждую ночь.

Dalanadriel’.