СЕКСотка. В России душат любовью, ломают взглядом и гибнут под руинами целой страны

Она выбежала на оживленную магистраль и бросилась прямо под первую проезжавшую машину.

– Быстрее, умоляю! За мной гонятся. В милицию, прощу вас!

– Мы не здешние, я не знаю… – ответил растерянный молодой мужчина. – Мы здесь проездом, – подтвердила его испуганная жена.

– Ну куда-нибудь отвезите! – взмолилась Лена.

А как только машина остановилась у огромного здания со светящимися окнами, бросилась к подъезду. Огромная массивная дверь открылась неожиданно легко.

– Вы куда, девушка? – выскочил удивленный человек в погонах. – Сюда нельзя. Приемная КГБ за углом.

Была уже половина второго ночи, когда в небольшой кабинет с портретом Дзержинского на стене в старом московском доме на бывшей Лубянке вошел дежурный по управлению – майор Русаков.

Этот случай был не по линии госбезопасности. Пока ждали приезда патрульной группы милиции, Иван Анатольевич, – так представился этот среднего роста, крепкий, в отлично сидевшем костюме человек, никак не похожий на военного, – напоил ее чаем.

От выпитой водки у Лены кружилась голова, к тому же, Москвы она не знала, а номер машины, конечно, не запомнила.

Вместе с приехавшим лейтенантом милиции Иван Анатольевич тщетно пытался узнать, по каким улицам они ехали, куда ее везли, где она поймала машину. Также тяжело давалось Лене описание преступников. Их лица были как в тумане.

Через час беседы Лена подписала какие-то бумаги и лейтенант милиции уехал.

Он разбудил ее в девять часов. Вошел в кабинет свежий, отлично выбритый, пахнущий дорогим одеколоном. Протянул чистое полотенце и с улыбкой посоветовал привести себя в порядок.

Потом они пили чай и ели свежие «пятикопеечные» булочки с маслом в пустом комитетском буфете.

– У меня после дежурства выходной, – сообщил ей Русаков, – я отвезу вас, Лена, на экзамен. И постараюсь решить вопрос с общежитием.

– Спасибо, Иван Анатольевич.

Абитуриентам из ближнего Подмосковья, по правилам, общежития не полагалось. Но Лена, уезжая из дома, не знала об этом и предполагала, что, если успешно пройдет третий тур, то сразу получит место.