Перевернутая страница

Перепродать? Это точно не для меня. Из меня ни коллекционера, ни бизнесмена уже никогда не получится. Если нет коммерческой жилки, то ее не вошьешь, как молнию на джинсах. Я с надеждой посмотрел на антиквара. Для него, если он не ломает сейчас передо мной комедию, появление небритыша, несомненно, должно быть редкой удачей. Антиквар уловил в мой взгляде мысленный посыл и снова протянул ко мне руку. В ответ я направил ему папку. Небритыш заполошно засуетился, стал беспорядочно размахивать руками, пытаясь не допустить передачи папки:

– Э нет, так дело не пойдет.

Я тут от чистого сердца. А меня же хотят облапошить. Нет, нет и еще раз нет, господа-товарищи. Ищите дураков в другом месте.

В моей голове созрела замечательная отмазка. Она была логически безупречна. Я протянул папку небритышу со словами:

– Без экспертизы я такие сделки не совершаю.

Небритыш подался ко мне, вытаращил бессмысленные глаза и от удивления открыл рот. Спустя несколько секунд до него дошел смысл возникшего осложнения. Он слегка обескураженно надул щеки.

И почти мгновенно нашелся:

– Экспертиза? Ну экспертиза так экспертиза. Куда едем?

Он с воодушевлением воззрился на меня. Теперь уже меня не устраивал такой оборот дела, и я глубокомысленно замолчал. Мое молчание небритыш воспринял по-своему. Он поднял ладони вверх:

– Понял. Все понял. Объяснять не надо. Буду ждать тебя здесь с твоей экспертизой.

Небритыш жалобно поморщился:

– Только это, мужик, ты на пиво мне подкинь. В счет будущей сделки. А то мне тут вас ждать.

Сам понимаешь, то да се. Типа моральные издержки, а?..

Я был в растерянности. Антиквар, насупившись, наблюдал за происходящим, брезгливо поджав губы. Ничего подходящего мне в голову не приходило. В голове лениво ползали мысли:

– Если небритыш согласен на экспертизу, выходит, что это действительно рукопись Пушкина.

– Хотя с этого охламона станется. Он не постесняется и экспертам туфту втюхивать. А чем он, собственно, рискует? Да ничем. Пошлют – плевать он на это хотел.

– Стоп! А чего это я озаботился подлинностью рукописи? Я ее ни при каких условиях покупать не собираюсь.

Тогда чего суечусь?

– Да у меня даже нечего ему на пиво дать, чтобы отвязался.

– Блин! Не было печали, черти накачали.

Я бы еще долго решал, как мне быть. Небритыш весело мне улыбнулся щербатым ртом:

– Ну чо, мужик? На пиво-то подкинешь? А я тут тебя буду ждать, как штык.

Напряженность снял антиквар, выплеснув на небритыша все накопленное презрение.