Принуждение к миру

Три-четыре бронированные машины время от времени выскакивали на площадь, обстреливали и затем шли вокруг, осыпая пулями и снарядами не только нашу часть, но и всех мирных жителей, укрывшихся за стенами своих домов. Стоящей рядом церкви тоже досталось. Один из снарядов влетел в крестильню, отвалился кусок стены.

Лента новостей.

Министр национальной обороны Украины заявил, что национальная армия не применяла военную авиацию в Севастополе и все заявления об этом являются выдумкой.

Спустя некоторое время министр национальной обороны под давлением неопровержимых фактов был вынужден признать применение боевой авиации, но с разведывательными целями.

Под вечер услышали шум дальнего боя, а затем грохот тяжелой техники. Увидели, что на площадь перед исполкомом выезжает танк. Мы приготовились его подбить, договорившись, кто стреляет в бок, кто куда. Танк шел и лупил из пулемета вдоль улицы. До поворота пару раз ударила его пушка. Вдруг один из наших бойцов закричал, что танк с флагом! С российским! Танк проскочил вперед, а затем вернулся назад, хотя его пушка смотрела все в ту же сторону.

Лента новостей.

Колонна российской бронетехники вошла в Севастополь. Ранее Украина пригрозила России войной в случае, если информация о вводе российской бронетехники на территорию Севастополя подтвердится.

Глупо извиняться, нет правильных решений в высказываниях пацифистов, в последнее время в обилии расплодившихся везде – от домохозяек до политиков.

Они не понимают одного – пикетами у правительственных зданий, акциями протеста это сборище тормозит нас. Всё сильнее подталкивает к выводу войск, расшатывает нервы, увеличивает возможность поражения. Нас пожирают изнутри – и самое поганое, ничего нельзя поделать. Хотя, вру – быстро и победоносно закончить войну. Но не всё так просто.

Может, всё это попахивает фашизмом – плевать, я не любитель развешивать ярлыки.

Важно одно – там, по другую сторону – враг. И против него хороши любые методы, а о гуманности как раз сейчас впору забыть. Сейчас – или потом забывать будет просто некому.

Да и не примут местные демократию и гуманизм. Как ни старайся – всё равно пойдут по своему пути. Когда речь идёт о правах человека, и прочих ценностях , можно твёрдо сказать – по названию, права эти принадлежат именно человеку, а не кому-нибудь другому.