Корса. Дорогой вора

Пошевелил ими и иронично хмыкнул, вспомнив волка из старого советского мультика «Ну, погоди». За неимением лучшего – сойдет.

Закончив с обувью, перешел к другим предметам одежды. Отобрав из кучи тряпья двое штанов и рубашку с наименьшими повреждениями, отложил их в сторону. В более-менее приличном состоянии также оказался плащ, представляющий из себя кусок ткани с завязками и капюшоном. Вся одежда была сделана из мешковины или грубого льняного полотна. Все остальные тряпки, в которых с трудом еще можно было опознать предметы гардероба, отложил в сторону и начал более пристально изучать повреждения отобранной мной одежды.

У одних штанов была распорота штанина, на вторых красовались большие дырки на коленях. У рубахи серого цвета рукав был оторван до локтя. Минуту посмотрев на все это безобразие растерянным взглядом, я резко встал и пошел к тому месту, где во время сбора сушняка видел осколок кости, принадлежность которой распознать не смог.

Вернувшись с ним к костру и взяв нож, попытался отколоть длинную костяную щепку.

С пятого раза это все-таки удалось. Сделав небольшую бороздку на толстом крае и разобрав на нитки один из кусков ткани, в прошлом, похоже, бывший рубашкой, приступил к починке одежды. Процесс занял почти полтора часа, а результат получился, мягко говоря, не идеальным. Закончив штопать вещевой мешок, я решил примерить одежду.

Осмотрев себя и весело оскалившись, представил, как на меня будут реагировать. Выглядел я как последний оборванец. Черные сапоги с низким голенищем, из них торчат пальцы, обмотанные самодельными портянками.

Коричневые штаны, оказавшиеся короче, чем требовалось, были подвернуты до колен и теперь больше напоминали бриджи, пояс я также немного ушил, так как по ширине они были больше требуемого и спадали. Рубаха потеряла второй рукав, став чем-то вроде футболки грязно-серого цвета, жавшей в плечах и груди. Завершала образ темно-серая шапка, напомнившая короткий поварской колпак. За местного теперь я, может, и сойду, но точно не за зажиточного купца или человека вообще хоть когда-нибудь в своей жизни видевшего деньги.

Почесав затылок, скрытый под шапкой, пришел к выводу, что, может, это не так уж и плохо. По крайней мере, за вот эти вот, с позволения сказать, ботинки, меня убивать точно никто не захочет. Найдя позитивный момент в своем новом образе, я переоделся и упал на лежанку из травы возле костра.

Лежа на спине, по недавно появившейся привычке с ненавистью посмотрел на луны. Жутко хотелось курить.