Бескровная охота

Звонила женщина и жаловалась на своего сожителя. Лоре поручили разобраться. Она связалась с женщиной по видеофону.

– Я живу с ним уже шесть месяцев, – говорила женщина, – и все шесть месяцев я его не понимаю.

Позади звонившей тихонько бубнила самоговорящая газета, читавшая вслух сама себя. Женщина была одета в стробоскопическое платье, которое становилось то видимым, то невидимым, с частотой четыре раза в секунду. Под платьем виделось тело, искаженное оптическим симулятором фигуры, как автоматически отметила Лора.

На женщине была дорогая косметика в виде движущихся неоновых насекомых. Итак, она его не понимает. Ну и что?

– Такое бывает, – сказала Лора.

– Я знаю. Но у меня никогда такого не было. Я обыкновенная нормальная женщина, отличный миксер, и этим горжусь (мискерами называли людей, любивших и умевших проводить время в компании), я с ним разговариваю и разговариваю, но никак не могу его расколоть.

– Может быть, его не нужно раскалывать? – спросила Лора.

– Если бы! Он же сплошная тайна.

И он совершенно не пьет. Ничего спиртного. Не пьет даже пива, даже самого дорогого.

– Даже харьковскую «Рогань»?

Харьковская «Рогань» считалась лучшим пивом современности. Сам Харьков был объявлен, по такому случаю, городом пива. Летние съезды партии любителей пива проходили именно там.

– Даже ее! – сокрушалась женщина. – Он не ест даже Линги-Бинги!

Линги-Бинги были грибами, содержащими безвредный наркотик. Их любили даже дети, объедались ими на праздники. Не ест Линги-Бинги?

Это уже было серьезно.

Никто не станет отказываться от пива без серьезных причин. Человек, который не пьет, либо сильно болен, либо боится опьянеть и выболтать что-то очень важное. Но что важное может скрывать обыкновенный человек?

– А если он болен? – предположила Лора. – какой-нибудь цирроз печени? Допустим, он бывший алкоголик, который крепко завязал?

– Ничего похожего. Он здоровый, как бык. Как три быка. Как тридцать три быка. Если честно, то такого здорового мужика я никогда в жизни и не видела.

Я пыталась, я подливала ему водку в салат, вместо подсолнечного масла, но он ее вынюхал. Я делала шашлыки в вине, но он не стал их есть. Я впрыскивала шприцем немножечко внутрь шоколадных конфет, а потом зализывала дырочку языком, чтобы было не видно. Он отказывался есть эти конфеты. Я закатывала ему скандалы, говорила, или диета, или я.

– И что же?

– Не стану же я его бросать в самом деле?

– Логично, – согласилась Лора.