Сокровища России

– По десять, – поддержал жену Иван. Мне машина нужна. Хватит на общак и двадцатки.

Спорить бесполезно, Эдик сдался, выдал на руки по десять тысяч. Потом – еще по пять, из-за всяких соображений. Иван обещал объяснить деду неожиданную прибавку к зарплате огромной премией, которую получил за спасение босса от бандитской пули, Эдик решил, что пора покупать мебель, И машину.

К скверику подходили с пакетами вина и фруктов.

– А где наш бомжик? – у Тани добрая душа, все обиды забыла.

– Идем прогуляемся, Тань.

На радостях, – предложил Иван.

– Обсудить кое-что надо. Подождите маньячить. Неужели не надоело? – сказал Эд.

– Нет, – хором отозвались маньяки.

– Ну и маньяки. Вы что не врубились, что означают эти пятьдесят тысяч?

– Поняли, поняли. – Танька уселась на колени мужа, завернув юбку до отказа.

– Фигу вы поняли, – сказал Эдик, спихивая ее обратно на скамейку. Иван тоже пытался, но сил не хватало. Вдвоем справились. – Сядь спокойно, мелочь рыжая. И слушай.

– Я слушаю. – Рыжая погладила сумочку, где успокоились 15 тысяч долларов.

Ее глаза сверкали.

– Теперь можно считать доказанным, что Российский музей залез к нам в карман… Танька, да перестань ты тискать Ивана! Я серьезно. Сами видите. Какие бабки можно сделать на коллекции. Они не отстанут, музейщики. Им понравилось, крысам, в нашем кармане. За того, первого «Георгия» уж они взяли даже не тысячу долларов. У них есть возможность пустить ее через хороший зарубежный аукцион, а это значит, не меньше десяти тысяч.

Мы неизбежно с ними столкнемся. Поэтому я предлагаю наехать на директора Российского музея, пока у нас есть определенные преимущества.

– Ты с ума сошел! – взвизгнула Таня.

– Тебе, конечно, видней, – неуверенно сказал Иван. – Но директор Российского музея – это фигура. Он с мэром московским за руку здоровается.

– Бабки тоже фигуристые, – обозлился Эдик. – За Иону мы получили пятьдесят кусков. И вырвали у него из зубов, считай, что триста тонн баксов. А то и все полмиллиона. Вот тут какие бабки, если умеючи, при его возможностях.

Если он натолкнется на нашу подделку – а рано или поздно так и случится – он быстро сообразит что к чему – и сдаст нас. Подставит. Под деда, а то и под ментов. Надо наезжать, пока не поздно. Если он жулик-одиночка, он половину еще и вернет, скандала испугается. Если поод «крышей», то фигу чего вернет, но зато в дальнейшем примемся доить старого хрыча вместе.

– Думаешь, он признается? – с сомнением сказал Иван.