Сокровища России

 – Ему есть на кого свалить. Скажет, что реставратор иконы подменил. Или еще кто.

– А так и есть, – сказала Таня. – Ты нас всех продашь, Эдик, и все провалишь. Не вздумай наезжать, я – против.

– Все равно надо наезжать, – стоял на своем Эдик. – Даже если директор не при делах, он тут же согласится делить бабки Набьем морду реставратору, и будем работать вместе. Надо верить людям.

– Ага. Бомжу ты два раза поверил. И что?

– Да ничего! – Эдик повысил голос. – Он же не обманул, пойми. Это я ошибся.

– А если с директором ошибешься?

– Он не бомж.

А если ошибусь тебе же лучше. Дед поймет, что в музеях сидят такие же сволочи, как и его родные.

– Это почему это мы сволочи? – возмутилась Танька.

– Это твой дед так считает. Раз не хочет оставить вам коллекцию. Он что, думает, что незнакомые люди лучше? Если директор музея поднимет скандал вали все на нас с Ванькой. Мы выдержим.

– Конечно, на вас и свалю, – убежденно сказала Таня. – Я и не знаю ничего. Иван иконы воровал. А ты подменял. Я и не знаю ничего.

– Так мы и договаривались, – терпеливо сказал Эдик. – Но директор не поднимет скандала. Иначе, какой он директор.

Спор быстро затух. Возразить что-то стоящее молодожены не смогли, решение было принято, после чего молодожены ушли мять траву. Недавно Иван признался Эдику, что Танька вела себя дома как принцесса в руках злого разбойника. Даже ночью. Видать присутствие деда за стенкой связывало желания не хуже веревки. С детства его боится.

Бомжа повстречали на выходе из сквера, случайно.

Складывал пустые бутылки с весьма деловым видом. Танька кинула в него апельсином – и попала. Бомж от неожиданности упал, перепугался: – Вы чего?!

– Леша, вы где пропадаете? – воспитанным голосом спросила Таня. – Мы за вами гоняться должны, да? Вот вино обратно тащим. Нехорошо. – У Таньки в руках действительно был пакет с вином – последний. Бомж ничего не понял, но побледнел и замер.

– Во напугала мужика, – огорчился Иван, когда Леха, попытавшись вскочить на ноги, запнулся за бутылки и снова упал.

– Ребята…, я это… отдам…, менты проклятые все забрали… – бормотал он, глядя снизу вверх на подошедшую троицу.

– Ты стольник забыл, – сказал Эдик, вытаскивая сто долларов. – Леха, ты невезучий. Тань, отдай вино. Мы тебя ждали.

– Я…это…хотел…, – ныл бомж, с видом приговоренного беря зеленую бумажку.

– Держи, Леша. Не опаздывай больше, – Таня бросила ему вино.

– Нам бы твои проблемы, – сказал Иван. – Ты че, совсем дикий?

– Я отдам.