Лысая гора

Постепенно эти мрази, лишаясь крыльев и змеиного хвоста, стали приобретать человеческий облик. И вскоре превратились в затваренных, которых почти невозможно отличить от истинных людей. Хотя они и выглядят сейчас, как люди, ничем от нас почти не отличаются, но на самом деле это – нелюди. При этом себя они считают сверхлюдьми.

– Я совсем уже запуталась с тобой, кто тут люди, а кто – нелюди.

– Внешне затваренные похожи на нас, только вот тут, – постучала она по лбу, – они иные. Они, как зомби, свято поклоняются тому, кто их создал.

А поскольку один из создателей их был змееголовым, другой же был летучей мышью, то в знак завета с ними, и чтобы быть на них похожими, они специально поначалу сбривали себе волосы и подрезали уши.

– Какой ужас! – воскликнула Майя. – Зачем?

– Ну, это типа карго-культа такого… когда туземцы во всём копируют пришельцев.

– Да бред какой-то! Ну, ладно, волосы, но зачем уши подрезать?

– А чтобы придать им остроугольную форму, как у эльфов.

– Так вот как появились эти эльфы! – догадалась Майя.

– А ты как думала! – усмехнулась Жива. – Вот, а чтоб ничем не отличаться от людей, среди которых им приходилось жить, они на лысые головы надевали парики. Уши же они себе обрезали во младенчестве, чтобы этого никто не видел. Типа того, как сейчас семиты в знак завета со своим богом обрезают мальчишкам письки. Но в последнее время мода на остроугольные уши канула в лету. Лишь ярые фанатики оставляют их себе. Новое поколение предпочитает сейчас уже влитые ушки.

– Как это?

– Без мочек. Первым завёл это поветрие Ван Гог, когда опасной бритвой отрезал себе мочку, а затем запечатлел себя на автопортрете с перевязанным ухом. И вот теперь многие в угоду моде с помощью пластических хирургов делают себе тоже самое.

– С ума сойти! – ужаснулась Майя. – Ну, ладно уши, но зачем носить парики? Откуда они возьмут столько волос?

Жива улыбнулась.

– Ты, что, объявлений не видела?

– Каких?

– «Куплю волосы дорого».

– Видела.

На каждом углу висят.

– А ты не задумывалась, кому нужны эти волосы и для чего? И почему парикмахеры называются парикмахерами.

– Хочешь сказать, что эти парики делают для себя иные? Не может быть, – раскрылись глаза у Майи.

– Может. Все они шахер-махеры, имитаторы и фейкоделы. Вся суть нелюдей, всего этого змеиного и эльфиного племени сводится к обману. Они и дня не могут прожить без лжи. Они будто живут в каком-то Зазеркалье, выдавая чёрное за белое.