На север! Часть 3. За кота ответишь. Оптимистический постапокалипсис. История вторая

– Ну, не любят люди посторонних, так что ж с того? Вон, те, с острова, тоже весьма недружелюбны к пришельцам. Может, они просто эти… ксенофобы. Или мезонины… то есть, мизантропы.

– Знаешь, когда люди ходят босыми ногами прямо по воде, это вызывает чувство непонимания, – Ахти сверкнул в мою сторону глазом.

– Какой-то трюк, – отмахнулся я.– Или, может, это просто зимой было? По льду и я смогу пройтись, аки посуху. Только не босиком.

Водяной хмыкнул. А потом мотнул головой, указывая в кормовую часть батискафа:

– Приготовься.

Я принялся перебираться через спинку своего кресла, путаясь в ластах. Ахти вздохнул, поглядев на мои потуги, и одним движением руки развернул моё сиденье на 180 градусов.

– Спасибо, – поблагодарил я.

Сзади обнаружился уже открытый люк. Я сел на краю, окунув в воду ноги.

– Сом лежит справа на дне, – дал последние пояснения Вяйнемёйнен.– В ил зарылся. Так что ищи на ощупь. И не забудь активировать маску.

Я кивнул. Приложил ладонь к переключателю на груди. Голову легонько стянуло.

Загубник занял своё уже привычное место.

Я соскользнул в темноту. Светофильтры маски тут же приспособились к новому освещению. Вернее, они попытались. Это я понял по чуть увеличившейся чёткости окружающего мира. Чуть. То есть видимость увеличилась с расстояния в ладонь до вытянутой руки.

Помня наставления Ахти, я опустился на дно и стал постепенно двигаться вправо, пытаясь нащупать зарывшегося в ил сома. Наткнулся на какую-то ветку. Дёрнул в раздражении.

И тут же об этом пожалел.

Ветка оказалась одним из сомовьих усов. Вы пробовали дёргать кота за усы? Вот и рыбе, достоянием которой являются эти довольно толстые органы чувств, не понравилось. Сом резко повернулся. Я тут же потерял всякую ориентацию во взметнувшейся туче ила. Хорошо хоть был в маске. Иначе бы все глаза залепило.

Кое-как выбравшись из ещё клубившегося ила, я заметил неподалёку в паре ладоней над дном толстое и длинное бревно. Бревно шевелило длиннющими усищами и глядело на меня с явной укоризной.

Я очень осторожно и медленно подплыл к нему. Успокаивающе погладил по толстому боку. Сом, к его чести, быстро ко мне привык.

Батискаф мигнул нам на прощанье прожектором и, развернувшись на месте, отправился в обратном направлении. Я же схватился одной рукой за спинной плавник своего транспортного приятеля. В другой же зажимал одолженное Ахти подводное ружьё.

Сом двинул хвостом, и мы начали свой путь к острову. Медленно. Но неотвратимо.