Хроники Шандала

На самом деле решимость на их лицах не исчезла, а дубинки взметнулись в в воздух и обрушились на… пустое место. Изрядно разозлившись, я взлетел вверх, ускользая от дружного удара, этой толпы и выхватив меч, прочертил им своеобразный круг, под собой. Половина дубинок, было просто перерублено, а у одного тролля, вместе с его кистью. Увидев такой оборот, мои противники, бросив остатки своих дубин, они разбежались с криками – «Стража!».

Однако, либо стража была далеко, либо ей было абсолютно наплевать на все происходящее.

Никто на зов убегавших врагов не явился, и я спокойно отправился дальше. Начавший же эту заварушку тролль, был занят тушением своего лотка. Ему было не до меня.

После этого происшествия, я довольно быстро, без приключений, добрался до дворца Верховного шамана. Он представлял собой внушительный замок, словно высеченный из одного огромного камня. Недолго думая, я подошел к воротам, охраняемым невероятно высокими для своего народа троллями.

– Я с поручением к Верховному Шаману, – сказал я, чувствуя нескрываемое презрение во взглядах стражей по отношению ко мне.

Но служба есть служба и с видом невероятного одолжения один из охранников пробурчал что-то типа «жди тут» и исчез за массивными воротами. Второй превратился в каменную статую, не реагирующую ни на какие вопросы.

Ворота открылись и я увидел маленького седого тролля, который рядом с сопровождавшим его стражником казался гномом. – Я, Вэкк, третий ученик Верховного Шамана. Кто ты?

Какое дело у тебя к нему?

– Я, рейнджер Вэннет о своей цели могу сказать только самому Дэвирну.

Передай ему, что я из Дижа. И у меня вот этот камень.

Я вытащил из под рубахи камень Бришана, висевший у меня на груди, и показал его троллю.

– Хорошо, иди за мной, – проговорил тот с немалой долей удивления в голосе но, тем не менее, провел меня по длинному просторному двору начинающемуся за воротами к лестнице ведущей в внутрь дома. Пройдя через богато украшенные двухстворчатые двери, мы оказались в небольшом зале, являющимся как я понял своеобразной приемной Дэвирна.

На скамейках идущих по периметру зала сидело множество троллей, ожидавших вероятно приема. Одни резались в карты, другие постоянно прикладывались к пузатым бочонкам, которых было тоже немало. Громкие крики и раздражающий любого нормального человека язык троллей, наполняли атмосферу этого помещения. У меня сложилось такое чувство, что я попал в огромный кабак. В конце зала сверкали ослепительным светом двери из чистого золота.