Хроники Священного союза

Спустя несколько мгновений, они стояли на площади перед дворцом. Вокруг все еще властвовала ночь, но звезды уже тускнели.

– Мы поможем тебе, чем сможем, но на этот раз Акрон невероятно силен. Признаюсь, честно – маг устало вздохнул и виновато посмотрел на гвардейца. Хотя может, Хэгасту только показалось… – я не уверен, что мы сможем отразить вторжение. Похоже судьба Аголорда действительно в твоих руках!

И тут гвардеец вдруг увидел его по-другому. Настоящего Идария. Фигурка сгорбилась, потеряв вдруг свою осанку, перед ним стоял старик.

Обычный усталый старик проживший долгую жизнь знающий, чего стоит власть и ответственность за судьбы людей. Это было мгновение, но Хэгаст понял, что не может теперь даже мысли допустить о неудаче.

Глава 2 «Вторжение»

Полковник Маснер стоял на крепостной стене и смотрел на возвышавшиеся вдали мрачные громады гор. Окутанные белой туманной дымкой, их острые пики, уже готовились погрузится в ночную тишину Каменистая пустыня, что тянулась от стен крепости до самых подножий Драконовых гор, погрузилась в какое-то странное безмолвие, словно весь мир вокруг самого дальнего бастиона людей на границе с королевствами тьмы затих в ожидании чего-то страшного.

Маснер поморщился, нащупав под одеждой грубый рубец. Сломанная гоблинской палицей во время вылазки пятилетней давности ключица ныла второй день, и начальник гарнизона последнее время часто злоупотреблял вином. В душе шевельнулось смутное беспокойство. Чтобы прогнать его, он вздохнул полной грудью, растирая рубец загрубевшей ладонью.

Не помогло. Всю свою жизнь, сколько помнил себя Маснер, он служил на границе, и давно уже свыкся с привычной мыслью, что однажды он погибнет, защищая стены крепостей от некромантов и прочей падали, притаившейся за горами.

Он возглавлял гарнизон Торнта, небольшой крепости на границе Вигарда, южного королевства, входящего в Оборонительный Союз, чуть более пяти лет, получив королевский патент и ключи от крепости из рук своего отца, занимавшего этот пост в течение долгих четырнадцати лет.

Преемственность поколений здесь более чем уместна. Отец передавал ему боевой опыт не на словах. Маснеру не было и пятнадцати лет, когда он отправился в дальний патруль и спустился за Роговые перевалы. Отец не девал ему поблажек и не приветствовал, когда это делали за него другие. Жалость была неуместна. Быть может когда-нибудь, после долгих лет службы и его сын займет это почетное место и Маснер передаст ему дозорные грамоты.