Четвертый

Фимка уже идёт к нам с двумя лопатами:

– Салют, могильщики, – и лучится своей доброжелательной улыбкой.

– Люблю такую работу, – плюю на ладони и загоняю лопату в грунт. – Готов без выходных с утра до вечера хоронить немчуру, – киваю товарищу. Мишка хмурится, но копает с энтузиазмом, а Ольга с отвращением на лице помогает сдирать с трупов обмундирование. Буквально через минуту Мишку выворачивает приступ рвоты. К нему присоединяется Фимка, и тут же скручивает меня. Девушка всем видом показывает, как глубоко и искренне нам сочувствует.

– А всё равно лучше их хоронить, чем наших, – говорит она тоном Снежной Королевы и подозрительно бледнеет.

– Справишься с автомобилем? – спрашиваю я Фимку, когда с погребением закончено.

– Нет, не умею, – отвечает тот смущённо. А я озадачиваюсь, потому что это же диверсанты, прошедшие подготовку, хотя и совсем юные – выглядят они, как школьники старших классов.

– Я могу, – вмешивается девушка, зарабатывая удивлённые взгляды обоих парней.

Не заостряя внимания на своём недоумении, приношу из кабины карту – пора выбрать укромное местечко.

Собственно, оно отыскивается неподалеку – километра четыре по этой же чуть заметной дороге. Только ребята указывают на ручей, а я ратую за маленькую возвышенность в километре от неё.

– Отсюда подходы просматриваются, – подумав с минуту, поддерживает меня Мишка. – А вода у нас в большом бидоне в кузове имеется. Там не меньше двух вёдер. Так что Иван прав.

Садимся и едем. На этот раз колёса постоянно «спотыкаются» о корневища, камни и обломки древесных стволов.

Нависающие и торчащие отовсюду ветки норовят содрать с машины тент или выбить мотоциклиста из седла – каски и водоотталкивающие плащи оказываются далеко не лишними, как и очки-консервы. Добравшись до места, осматриваем с Мишкой окрестности уже пешим порядком – бугров и ложбин тут навалом и есть где спрятать грузовик. В чахлых зарослях на самом верху имеется местечко, откуда просматривается три четверти округи – поляна, луговина и часть лога, которым мы приехали. Если судить по карте, обзор отсюда вообще должен быть круговым, но густой подлесок перекрывает видимость между стволами высокого сосняка, занимающего около четверти обозреваемого пространства.

Тем не менее остаёмся здесь – идеальных мест не бывает. Тут вот до воды километра полтора – еще дорогу разведывать нужно. А пока главное – срочно разобраться в обстановке. Прежде всего – с самим собой. Узнать хотя бы, кто я и откуда. И есть ужасно хочется.