Вечная Война 14. Сфера богов. Том 3

– Конечно! Все будет сделано господин, – хозяин таверны верноподданически посмотрел на меня, ожидая продолжения.

– Как ты уже понял, мы – гости в этом городе, путешественники-авантюристы, – я решил использовать эту легенду.

Обычно она всегда прокатывала. Прокатила и в этот раз. Хозяин таверны понимающе кивнул, подтверждая, что и такие бывают в этом городке.

– Так вот, – продолжил я. – Не мог бы ты рассказать о городе. О его правителе. Слышал, его Иштмала зовут, и он – бог?

– Да, великий и могучий Иштмала, – Амвросий понизил голос.

– Я понимаю, конечно, это важная информация, – не удержался я от ехидного комментария. – Но подробнее можно. Как он выглядит? Он человек?

– Он бог! – строго ответил мой собеседник. – Ну, а выглядит… Его мало кто видел. Не любит наш справедливый и любимый правитель появляться перед народом. Но я его видел. По человеческим меркам он вызывает ужас одним своим видом… Вроде, тело человеческое, а голова чешуйчатая… Щупальца вместо губ, а глаза… кажется, просвечивают тебя насквозь.

Рассказчик остановился на полуслове и вопросительно посмотрел на меня. Затем поймал очередной духовный камень, мельче у меня (точнее, у гоблина) не было, и продолжил.

– А так – он справедливый, – пожал плечами мужчина. – Всего одну женщину и одного мужчину в деревню для своего жертвенника забирает.

– Для жертвенника? – переспросил я.

– Ну, он же бог, – как ни в чем ни бывало прокомментировал Амвросий.

– А разве обычных молитв и веры недостаточно для того, чтобы стать сильнее? – спросил я у мужчины и Фемы одновременно. Хозяин таверны не нашелся, что ответить. Но Фема сразу отреагировала.

– Обычные молитвы действительно приносят очки веры, в зависимости от уровня неофита и искренности молитвы, – сказала девушка. – Но можно и с помощью различных ритуалов бессмертную душу превратить очки веры.

– И как выбирают эти жертвы? – внезапно поинтересовалась Фема.

– Как выбирают? Жребий кидают в доме старосты. По списку горожан… Судьба…

– Понятно, – кивнул я. – А сам Иштмала в храме живет?

– Справедливый и любимый Иштмала, – поправил меня Амвросий (блин вот он заладил).

– Справедливый и любимый, – решил согласиться с ним я, мне не привыкать к таким мелким шпионским играм.