Вечная Война 6. Бойня. Том 2

В принципе, некий потенциальный гарем у меня был, помимо четырех спутниц, постоянно пребывающих со мной. Но Маня и Клара были с психологическими травмами, а Фу Сяотун казалась мне еще молодой и незрелой.

– Дискри….что? – не понял Эномай

– Ну, унижаете…

– Разве это унижение? – удивился он. – Это наоборот уважение к женщине, как к хозяйке домашнего очага. Мы защищаем наших женщин. А если ты имеешь ввиду лупанарии, то там либо захваченные во время войны девушки, которые по всем законам становятся собственностью победителей.

Есть, конечно, и свободные девушки, но они сами выбираю этот путь. И, кстати, он весьма щедро оплачивается. Свобода и равноправие? Да, это хорошие слова, и мы стараемся следовать им… но, увы, люди слабы. Тот же Крикс…

– А что Крикс? – не удержался я от вопроса

– Крикс наказан, – коротко отрезал германец, видимо, решив прекратить нашу дискуссию. – И мы уже пришли.

Действительно, я сам не заметил, что уже оказался перед дворцом. На этот раз мы не пошли в тронный зал, а, войдя в него, свернули направо и, поплутав по анфиладам мимо суровых легионеров, замерших на страже, оказались в небольшом, но просторном зале.

В центре зала стоял длинный стол, на котором лежала карта. Около стола стояли человек пять в богатых одеждах. Шестым был Спартак, который стоял во главе стола. Кстати, местный правитель был одет гораздо скромнее своих подчиненных. Но, несмотря на это, сразу чувствовалось, кто тут правитель. Увидел я и того самого араба с длинным именем. Внешне ничего особенного, невысокий рыхлый человечек, одетый в пестрые восточные одежды.

– Рад тебя видеть, Арес! – громогласно заявил Спартак, подходя ко мне и энергично пожимая локоть в традиционном римском приветствии. – Сальве!

– Сальве! – кивнул я, и только сейчас он заметил моих спутниц. И все взгляды присутствующих были обращены к Харонии, которая, как обычно, приняла совершенно невозмутимый вид.

– Это кто с тобой, Арес? – наконец, нарушил тишину Спартак.

– Знакомьтесь! – улыбнулся я. – Одна их моих телохранительниц. Харония.

– Кентавр? – уточнил гладиатор, умело скрывая свое изумление.

– Я кентавриха! – гордо заявила молчавшая до это девушка.

– Хорошо, – кивнул Спартак и строго оглядел своих подчиненных, которые пожирали глазами существо, которое видели только видимо на картинках мифических преданий. Лишь араб смотрел равнодушно на все это, каким-то устало-пресыщенным взглядом.