Тихие прикосновения

А тот, округлив притворно глаза, кричит ему в ответ:

– Мы возвращаем упавшие звезды домой, на небо!!! Ура!!! Ура!!! Ура!!!

Все кричат, небо гремит хлопками и сверкает яркими цветными вспышками. Мет устает кричать и тут хлопает последний самый большой золотой зонтик, и они пораженно смотрят, как сверкающие искры фейерверка медленно опадают, словно огораживая золотой сеткой, озеро с лесом и их домом на его берегу, от окружающей непроницаемой тьмы. Опадает сетка света, прячась в траве и волнах озера, сверкнув отблесками на волнах.

Мама уводит Мета и хныкающую Вари в спальню. Немного сидит с ними, счастливо смотря на них, гладит Вари по голове, пока та не засыпает. Целует Мета. Мет улыбается, закрывает глаза, твердо решив, что на сегодня ему хватит звезд и бабочек, да и спать уже сильно хочется.

Ночью ему приснился тот странный сон. По широкой улице шли не то люди, не то бражники в серых длинных накидках со светящимися узорами. Под накидками светились золотые одежды с узкими полосками узоров ведущих в какие-то другие пространства мира.

Гл.2 Туманы

Мет проснулся от необычного ощущения внутри, но он не вскочил как обычно с кровати и не поскакал по лестнице вниз к умывальнику, а продолжал лежать с открытыми глазами и вслушиваться в тишину спящего дома. За окном было белым- бело, все было закрыто как молочной завесой, сквозь которую ничего не проглядывалось из внешнего мира. Не было ни видно обычных очертаний гонимых ветром кудрявых облаков на синем небе, ни проблесков восходящего солнца, ни леса с озером с большими крикливыми птицами, летящими над ним на залив.

Ничего не было, был только ровный белый свет, заменивший весь яркий вчерашний мир. Белый свет заглушал и все звуки. Через белую вату его едва слышались с первого этажа дома поскрипывания ходящих внизу родителей.

–"Наверное, еще очень рано и папа собирается на работу" – подумал Мет. Он знал, что папа встает еще до восхода и в предрассветной серости, стараясь не шуметь, собирает свои документы и устройства, быстро завтракает и уезжает на большой машине.

Мет высунул руку из-под одеяла до кисти и потрогал пальцами воздух. Воздух оказался теплым. Тогда он смело вытащил всю руку, стащив одеяло с груди, оценив температуру воздуха как приемлемую, сразу уселся в кровати, свесив ноги на пол.

Посмотрел в окно он, не увидев ничего, кроме липкого матового белого света, удивился странному утру.