Врата. Книга 2. Далекое Отечество

Напомнить, что полагается за незаконное обращение в рабство свободного гражданина Нового Рима?

– Ничего хорошего, – усмехнулась Мерцелла. – Зеркало, ваше высочество.

– Вижу.

На поверхности оправленной в чёрный камень отполированной серебристой пластины высотой выше человеческого роста, начали пробегать белые искорки. Их становилось всё больше и больше, пока они не затопили всё колдовское зеркало, которое засияло ослепительным белым светом. Вспышка, сияние гаснет, а вместо интерьера кабинета дальней связи магистрата Илиона в зеркале стал виден небольшой круглый зал, опоясанный рядами колонн.

За круглым мраморным столом находилось полтора десятка пожилых мужчин в официальных белых тогах с алой каймой. Прямо напротив зеркала сидел худой старик с короткой серебристой бородой и золотой фибулой магистр-посла на груди.

– Ваше высочество, – коротко кивнул Андрей Арвина.

– Досточтимые, – девушка отсалютовала как воин, бухнув сжатым кулаком по доспехам напротив сердца.

Глава Дипломатического корпуса Империи – это хорошо, он хоть и жёсток, но вменяем.

В кои-то веки стоило возблагодарить богов за то, что отец всегда предпочитал сначала говорить, а уже потом пускать в ход меч.

– До Столицы дошло ваше послание, принцесса Афина… – медленно произнёс магистр-посол. – И его величество поручил мне прояснить сложившуюся ситуацию. Что вы можете сказать относительно дел в Восточном Пределе?

– Могу ли я спросить, что вам уже известно, сир Андрей?

– Я бы хотел выслушать ВАС, принцесса Афина.

Полученные нами сведения весьма… противоречивы, – поморщился Арвина. – К тому же мы не можем связаться ни с графом Туллием, ни с командирами легионов. Все остальные либо молчат, либо несут какую-то чепуху.

«…и поэтому вспомнили обо мне», – мысленно закончила девушка. Ну, ещё бы! Когда никого другого не осталось, вот тогда-то и вспомнили, что Афина Октаво не только бастард, но ещё и наследница престола.

– Сир Андрей, ситуация такова. Граф Туллий мёртв или находится в плену.

Легионы постоянной готовности и силы дворянского ополчения… разбиты. И также либо мертвы, либо находятся в плену. Общие потери – до семидесяти тысяч бойцов, безвозвратные – порядка тридцати тысяч. В Пределе нарастает хаос – бесчинствуют банды мародёров, инсургентов и разбойников. Часть нобилей начала междоусобицу. Вестей с северного и южного рубежей не имею, потому об угрозе со стороны варваров ничего сказать не могу.