Аризона на троих. Самый быстрый

Выказывая в себе ценителя табака, Канадец затянулся несколько раз и, разглядывая огонёк сигары, заключил:

– Дерьмо табак.

– Дерьмо, – согласился Джед.

– Я уже начал подумывать, а не уйти ли мне куда-нибудь подальше от этих мест. – Старик вернул Джеду сигару, вынул из кармана курительную трубку. – Но если это дело будет развиваться такими темпами, боюсь, что в других местах эта нечисть начнёт чувствовать себя так же безнаказанно как здесь.

– И что ты думаешь обо всём этом? – спросил Джед, чтобы поддержать разговор и не обидеть старика.

Канадец некоторое время молчал, набивая трубку табаком из кисета, потом спросил:

– Про проклятие ацтеков слышал?

– Ты же сам рассказывал мне эти легенды, когда я ещё юнцом был. Якобы ацтекское золото охраняет Дух, который губит охотников за золотом, а после гибели все эти искатели сокровищ восстают из мёртвых и становятся в ряды защитников Золотого Каньона. Причём из них получаются самые ярые и жестокие враги охотников за сокровищами.

? Всё верно, Джед, – ответил старик, старательно приминая большим пальцем в чаше трубки табак.

Джед услужливо зажёг спичку.

? Хочешь сказать, что в окрестностях твоей хижины бродят эти самые, восставшие из мёртвых, искатели сокровищ? Но в наших краях не было ацтеков.

? Не знаю. – Старик, старательно причмокивал, раскуривая трубку. – Может, и не было… Зато где-то здесь осталось их золото и тот Дух, который его охраняет.

Табак наконец разгорелся, старик с наслаждением выпустил густую струю дыма.

? Насчёт золота охотно верю, а вот насчёт Духа… – Джед бросил спичку на дно ямы. – Извини, Канадец, раньше ты сам в это не верил.

? Не верил, – подтвердил старик. – Но жизнь не стоит на месте.

Досадливо оскалив зубы, Джед перегнал в другой угол рта сигару, опустил глаза… Старик прав ? жизнь меняется. А ещё она меняет людей.

Бедный Канадец! Это он заменил Джеду родителей, научил стрелять из ружья, читать следы, охотится. Многие годы после этого Джеду казалось, что его наставник навсегда останется тем крепким мужчиной, каким он знавал его в те времена.

Даже в последние годы, когда рубашка Канадца лопалась уже не на крепких плечах, а в том месте, где основательно наметился округлый живот, Джед называл наставника стариком скорее в шутку, чем действительно видел в нём старика. Но теперь жизнь, похоже, взялась за Канадца основательно.

Джед в расстроенных чувствах отвернулся, глядя на яркую звезду над чёрным контуром гор.