Магия воды

Никаких ограждений тут не было – да и кому их устанавливать, если доступ на территорию был строжайше закрыт для кого-либо, кроме королевы, и ее особо приближенных гостей? Солнце висело в зените, кроны деревьев парили, наполняя воздух душной терпкостью. Откуда-то издалека доносился шум бьющегося в отчаянии прибоя.

– Он устроил небольшую ячейку возле меня, в Костном Мире, – сказала Анна, глядя в голубое небо чуть прищурившись.

– Ясно, – Питер поджал губы, – а ты вообще помнишь про свой запрет на сопровождение там?

– Помню, – улыбнулась Анна, – но удивлена твоей щепетильности.

– А зря. Я не изменник, и никогда им не стану.

– Будь у меня малейшие сомнения, этого разговора бы не было.

– И тем не менее, мы контролировали ситуацию. И сейчас контролируем. В сетке Грегора всего три человека. Ни одного серьезного боевика или мага. Только статисты – наблюдатели, которых можно было протащить в другой мир, не привлекая серьезного внимания. Мы давно контролируем поступающую к ним информацию.

– А меня, значит, ставить в известность не обязательно? – Улыбнулась Анна.

– Помнишь, мы обсуждали этот вопрос, – покачал головой Питер, – ты ведь даже не подозреваешь о девяноста процентах покушений на тебя, которые реально готовились, и были опасными. Потому что, если бы я докладывал о каждом телодвижении – вместо того, чтобы просто выполнять свою работу – ты бы не смогла управлять государством.

– Верно, друг мой, верно, – повинуясь какому-то порыву, Анна протянула руку, и сжала ладонь своего охранника.

Питер удивленно поднял бровь.

– Извини, но это еще не все новости, – продолжала королева, – завтра с утра я снова ухожу.

– Но ведь каникулы даже не закончились! И ваш график поездок по стране выполнен только процентов на семьдесят! Что подумают подданные?

– Сделай так, чтобы они не подумал ничего плохого. Или хотя бы постарайся, ладно? – Вздохнула Анна, – Пит, у меня правда нет выбора.

– Информация об Арти? – догадался Питер.

– Да.

– Надеюсь, Лаврентий не ошибся.

– Я тоже.

– Плывите с миром, моя королева, – сказал Питер, глядя ей в глаза с какой-то обреченной печалью, – ваши рыцари сохранят ваше королевство, или погибнут с вашим именем на губах…

Королева хорошо умела чувствовать не только ложь. Она как точнейший прибор улавливала напряжение в своем окружении.