Удар блокируют ударом

Тут крылась богатая биография. И какая-то тайна, это уж точно.

– Это Казимир Гломба, – сообщил Слепцов, и Роман почтительно кивнул, отводя взгляд от текста.

Он знал, что Слепцов любит щегольнуть памятью перед подчиненными. Этим он давал понять, что он еще в форме и до отставки ему далеко, пусть некоторые не надеются.

– Гломба наш старый агент. Сотрудничал с советской разведкой еще в годы Великой Отечественной войны. Продолжал работать на нас и после. Являлся долгое время главой Восточного отделения в Польше.

К нему стекалась информация об агентах, работающих на СССР. Кого-то он знал лично, кого-то заочно. У него имеются данные на несколько сот поляков, в той или иной степени связанных с нашей разведкой.

– И где сейчас эти данные? – спросил Роман.

– Не торопитесь, капитан, – назидательно, но мирно сказал Слепцов. – Хотя вы, как говорится, зрите в корень. Ваше задание связано как раз со списком агентов, которым владеет Гломба. Вы должны узнать, где находится список, найти его и доставить сюда.

– А что, дедушка не хочет его отдать добровольно? Или решил заработать немножко злотых шантажом?

– Не совсем так… Хотя угроза от этого списка исходит нешуточная. Вы в курсе последних политических событий в Польше?

– Ну, в общих чертах. Близнецы у власти, памятники вот наши собираются сносить… – начал припоминать Роман.

– Да, натворят эти близнецы дел, – скривился генерал. – И вообще, нехорошо ведут себя поляки. Вместо того чтобы лишний раз нам спасибо сказать за то, что из-под немецкого зада их вытащили, они выливают на нас ушаты грязи и думают, чем бы похуже напакостить.

– Есть за что, – не подумав, отозвался Роман. – То царские вешатели их гнобили, то доблестные сталинцы расстреливали, то танками порядки наводили…

– Это вы бросьте! – вдруг налился кровью Слепцов. – Именно так они и говорят. Да, было всякое… Поляки, между прочим, тоже не ангелы. Сусанина зарубили, в Кремле сидели хозяевами. Мы все помним. И плохое, и хорошее.

Но добро, сделанное Польше Россией, в сотни раз больше всего остального. Вот что вы должны знать, капитан!

– Понял, товарищ генерал.

Роман виновато повесил голову, досадуя на свою несдержанность. Вернее, на необходимость молчать, когда молчать совсем не хочется. В другое время он так легко не сдался бы, но заключенный с Дубининым договор вынуждал его держаться новой стратегии и свое мнение оставлять при себе.

Слепцов помолчал, глядя в окно.