Оправа для бриллианта, или Пять дней в Париже. Книга первая

– Врач предлагает орудие казни? Тот, кто должен спасать человеческие жизни, работает над устройством, которое служит для убийства? Какая дикость! – возмутилась Аня.

– Видите ли, – ответил Серж, – Во-первых, он как раз и действовал из милосердия. Отменить смертную казнь он не мог, даже если б очень хотел – это было не в его власти. Зато он мог, по крайней мере, сделать ее максимально безболезненной.

– Казнь на гильотине безболезненна?

– Сильно сомневаюсь. Но, во всяком случае, она наименее мучительна.

Гораздо менее мучительна, чем те виды казней, что применялись прежде: колесование, четвертование, повешение и так далее. От полного списка я вас избавлю – он слишком длинен и явно не улучшает сон и пищеварение, особенно, если вспомнить о так называемой «квалифицированной казни».

– «Квалифицированная казнь»? – удивилась Аня, – Что это?

– Да так, не важно, – нехотя ответил Серж, – Зря я об этом упомянул.

Но Аня уже «вцепилась» в вопрос, и отмахнуться от него, не обидев ее, было почти невозможно, хотя Серж, судя по его виду, явно жалел, что не удержался от сказанного.

– И все же, – настойчиво спросила она, – Что это такое?

– Вы в своем амплуа, – заметил Серж. – Ладно, если вы так хотите это знать. Извольте. За этим внешне безобидным названием скрывается омерзительная реальность. Дело в том, что «квалифицированной» называли медленную, мучительную казнь, при которой осужденного, по сути, разделывали, как тушу в мясной лавке: взрезали живот и последовательно извлекали внутренности – не спеша, в строгой очередности – кишки и все остальное, следуя определенной схеме.

Нередко и сдирали кожу, отделяли гениталии. Ну, и все такое прочее.

Аня пришла в неописуемый ужас. Она рефлекторно поднесла ладонь ко рту, и ее чуть не стошнило. Серж с тревогой посмотрел на нее.

– Вы в порядке? – спросил он.

– Да, – ответила Аня, с трудом разжав губы.

«Напрягать» Сержа она не хотела, да и не имела права: она ведь сама настаивала на ответе, хотя и видела, что Серж явно не питал большого желания пускаться в объяснения.

Что ж, теперь она узнала то, что хотела… «– Сейчас уж, любопытная Варвара, хочешь – не хочешь, а держись…» – сказала она себе.

– Это все делали с ними заживо? – спросила она помертвевшим голосом.

Серж пристально взглянул на нее.

– Да, – наконец, ответил он, – разумеется. В этом и заключалась казнь.

– И сколько же длился этот кошмар?

– Бывало, что час и даже более.