Оправа для бриллианта, или Пять дней в Париже. Книга вторая

Но, конечно, с Орлеаном ее имя связано навечно. Вот только есть одна проблема: в Орлеане смотреть нечего, Аня. Как у вас говорят: шаром покати. Поэтому заезжать туда не стоит – поверьте мне.

– Так что же, – с досадой спросила Аня, – там совсем нет ничего интересного?

– Ну, можно сказать так. Довольно красивый собор – и это практически все. Есть, правда, так называемый Дом Жанны д/Арк, но он не аутентичный: так, бутафория.

– И больше ничего?

– Со Средневековья – ничего. А что касается Жанны, то есть, конечно, ее конная статуя, но что с того?[6 - Серж, несмотря на свою потрясающую память, забыл (а может, не захотел говорить) об еще одной статуе Жанны д/Арк в Орлеане, впрочем, значительно более скромной – в женском одеянии (рядом изображены сброшенные доспехи), бронзовой, работы Принцессы Марии Орлеанской.

]Ее статуя есть и в Реймсе, например, а в Париже – даже две.

– Да, я помню: на базилике Святого сердца на Монмартре и на площади Пирамид – позолоченная.

– Ну вот, видите? Даже позолоченная.

Так что смотреть нечего. То ли дело, например, в Труа – там отлично сохранилась средневековая застройка: жилые дома – как это по-русски?

Серж на мгновение задумался.

– A colombage, – сказал он. – Кажется, по-русски говорят, как по-немецки: фахверковые?

– Да, Серж, так и говорят.

– Bon.[7 - (Фр.) Хорошо.]В общем, очень симпатичный город. Но это далековато. Поэтому я вам предлагаю, в порядке компенсации за разочаровывающий Орлеан, заехать в Шартр. Это совсем небольшой крюк, можно сказать, почти по дороге.

– Там, кажется, знаменитый собор? – спросила Аня, уже почти примирившись с несбывшимся Орлеаном.

– Да, собор. И именно в него мы зайдем, с вашего позволения. Поверьте, он стоит того. Я вам там все расскажу и покажу.

– Спасибо, Серж, – поблагодарила Аня.

И все же добавила:

– А вы не расскажете мне о Жанне д/Арк? Я знаю о ней так мало.

– Что именно вас интересует?

– Все, – неожиданно для самой себя ответила она.

Она уже предвкушала предстоящее удовольствие от его рассказа, нисколько не сомневаясь, что он будет, как всегда, обалденно интересным, хотя, учитывая тему, наверное, печальным.

Серж посмотрел на нее, на мгновение отвернувшись от дороги.

– Ma foi[8 - (Фр.) Ей-богу!], вы – прелесть, Аня, – сказал он. – Положительно прелесть. Но рассказывать все, право же, не стоит – поверьте, это наведет на вас тоску.

– Что же это может навести на меня тоску? – удивилась Аня.