Мы будем на этой войне. Не родная кровь

– Ага! Только кто разбираться-то станет? Он заявление напишет и всё. Кто он со своими связями, и кто ты без них!

– А я ждать не буду. На дно лягу, а там время покажет.

– Всю жизнь прятаться собираешься? – скептически спросила женщина.

– Не дави на мозоль, – опять проворчал Иван. – Вот деньги. Здесь двести тысяч.

– Двести тысяч?! – ошарашено переспросила Елена, перебирая купюры.

– Хватит на какое-то время, а там поглядим. Ты сейчас домой иди, собери мне вещи какие-нибудь, станок, помазок, мыло… Ну ты сама знаешь.

Только сделай так, что если вдруг придут со шмоном, чтобы не увидели вещи собранные. В двенадцать ночи я тебя здесь же ждать буду. Когда пойдёшь, смотри внимательнее, чтобы за собой никого не привести. Поняла?

– Да, – кивнула женщина, вытирая слёзы.

– Хватит ныть, не рви душу.

– Хорошо, не буду, не буду, – Елена торопливо вытерла глаза. – Ты денег-то возьми себе сколько надо.

– Десятку возьму, остальное вам. Да, спрячь их понадёжнее, чтобы не нашли, если вдруг шмон будет, а то и тебя потянут, как соучастницу.

В шкафу в постельном белье не прячь ни в коем случае. Даже не знаю, что посоветовать. При себе носи, что ли. В трусы, вон, спрячь.

– Да ну тебя, Ваня! Ты-то сам куда?

– Найду место. Каждый день в два часа ходи здесь мимо, типа, по делам идёшь, только смотри внимательно и незаметно, нет ли кого за тобой, головой не верти, не оглядывайся. А то опера народ ушлый, сразу поймут, что к чему. Я буду появляться, когда надо. Потом определимся, где и как видеться будем.

За детьми приглядывай.

Елена кивала согласно, едва сдерживая слёзы.

Расстались они скомкано, торопливо, целуясь, как в последний раз.

До дома женщина смогла дойти спокойно, не уронив ни слезинки. Она тоже ожидала увидеть полицию. Однако никого возле подъезда и у дверей квартиры не оказалось. Уже закрыв за собой дверь, она дала волю чувствам.

Проплакавшись, Елена всё лежала на кровати, погрузившись в тяжёлые воспоминания.

* * *

Исправительная колония находилась в нескольких сотнях километров от Красноярска.

Когда-то учреждение входило в систему Краслага. Позже названия и сама система неоднократно менялись, но суть оставалась прежней во все времена – неволя.

Дорогу сюда Елена знала уже хорошо. Она приезжала на три краткосрочных свиданки и одну длительную к Ивану Никитину, познакомившись по переписке. Случилось это как раз после развода. Бросил её муж. Бросил с малым ребёнком на руках.