Атомный сон (Cборник)

Ее не надо жалеть, – он секунду медлит, потом добавляет: – а человека, зверски убившего свою жену, – тем более. Пережитый шок заставит его осознать, что такое боль утраты.

У меня на языке крутятся очень скептические вопросы. Но разве мое дело их задавать? Поэтому киваю, кручу вокруг сканером, уделяя особое внимание зарешеченному окну. Томилину смешно, но он старается не улыбаться.

Спасибо ему большое.

Мы проходим еще три камеры. В одной заключенный спит, и я прошу подполковника его не будить. Обитатели двух других странствуют по своим зонам катарсиса.

Первая зона – город, где нет никого, вообще никого, но все время находятся следы недавнего присутствия людей. Я сразу угадываю, что город предназначен для еще одного убийцы. Вторая зона – что-то подозрительно смахивающее на симулятор автогонок. Здесь раскаивается в своем преступлении шофер, покалечивший в пьяном состоянии несколько человек. Не знаю, не знаю… мне кажется, что веселый усатый мужик просто старается сохранить профессиональную форму. Впрочем, ему осталось сидеть всего полгода. Вряд ли он решится бежать, даже если его большегрузный «КамАЗ» проломит нарисованный забор и выкатит на улицы Диптауна.

Но сканером я работаю старательно.

– Дальше – заключенные под стражу за экономические преступления, – говорит подполковник. – Будете знакомиться?

Можно подумать, что убийцы и насильники для меня более интересны.

– Конечно.

– Взлом серверов, кража информации, составляющей коммерческую тайну. В общем – хакер, – представляет подполковник отсутствующего обитателя камеры.

 – В зону катарсиса пойдем?

– Давайте заглянем, – говорю я, стараясь не выдать волнения.

На экране детектора по-прежнему горит зеленый огонек – все чисто. Но этот огонек не играет никакой роли. Он для тех, кто глянет на экран через мое плечо.

Ничего не значащая буковка F в углу экрана гораздо информативнее. Где-то рядом пробит канал на улицы Диптауна.

Ах какая замечательная идея – наказать хакера заключением в виртуальной тюрьме!

0011

Зона катарсиса хакера – подъезд многоэтажки.

Грязноватый, с унылыми резиновыми ковриками у дверей. Почему у ковриков всегда такая тоскливая раскраска? Чтобы не сперли?

– Труднее всего перевоспитывать человека, совершившего экономические преступления, – сообщает вдруг подполковник. – Понимаете, Карина?

– Нет, не совсем.

– Ну посудите сами. – Он оживляется. – Вот простейший пример. Медицина лечит страшные болезни: оспу, чуму.