Дозоры. От Ночного до Шестого

Но он такого деру дал…

– Антон! Очнись! Мальчика зацепили Зовом на расстоянии нескольких километров! Он должен был войти в подворотню беспомощной куклой! А когда сумрак исчез – упасть в обморок! Антон, да если после всего произошедшего он сохранил способность двигаться – у него великолепный магический потенциал!

Шеф замолчал.

– Я дурак.

– Нет. Но ты и впрямь засиделся в лаборатории. Антон, этот мальчик потенциально сильнее меня!

– Ну уж…

– Давай без лести…

На столе зазвонил телефон.

Видно, что-то срочное: мало кто знает прямой номер шефа. Я вот – не знаю.

– Молчать! – приказал шеф ни в чем не повинному аппарату, и тот затих. – Антон, паренька надо найти. Убежавшая вампирша сама по себе не опасна. Или ребята догонят, или обычный патруль ее возьмет. Но если она высосет мальчишку… или, того хуже, инициирует… Ты не знаешь, что такое полноценный вампир. Современные – комары рядом с каким-нибудь Носферату. А он ведь был еще не из самых лучших, пускай и пыжился… Так что мальчик должен быть найден, обследован и, по возможности, принят в Дозор.

На Темную сторону мы его отпускать не вправе, баланс по Москве рухнет окончательно.

– Это что – приказ?

– Лицензия, – мрачно сказал шеф. – У меня есть право на подобные приказы, как ты понимаешь.

– Знаю, – тихо сказал я. – С чего начинать? С кого, вернее.

– Как угодно. Видимо, все же с девушки. Но и мальчика попробуй найти.

– Я пойду?

– Выспись все-таки.

– Я прекрасно выспался, Борис Игнатьевич…

– Не думаю.

Еще хотя бы часок рекомендую.

Я ничего не мог понять. Встал я сегодня в одиннадцать, сразу же рванул в контору, чувствовал себя совершенно бодрым и полным сил.

– Вот тебе помощник. – Шеф щелкнул пальцем по чучелу совы.

Птица расправила крылья и негодующе заклекотала.

Сглотнув, я решился на вопрос:

– Кто это? Или что это?

– Зачем тебе? – заглядывая сове в глаза, спросил шеф.

– Чтобы решить, хочу ли я с ним работать!

Сова взглянула на меня и зашипела, как разъяренная кошка.

– Неправильно вопрос ставишь. – Шеф покачал головой. – Согласится ли она с тобой работать, вот в чем вопрос.

Сова опять заклекотала.

– Да, – обращаясь уже не ко мне, а к птице, сказал шеф. – Ты во многом права. Но кто-то просил о новой апелляции?

Птица замерла.

– Обещаю, что буду ходатайствовать. И на этот раз шансы есть.

– Борис Игнатьевич, мое мнение… – начал я.