Дозоры. От Ночного до Шестого

За окном шумел проспект, медленно погружающийся в сумерки. Уже начинали мерцать фонари. Я сидел, крутил в руках сотовый телефон и размышлял, звонить сейчас шефу или подождать его звонка. Наверняка Борис Игнатьевич наблюдает за мной.

Наверняка.

– Не переоценивай возможностей руководства, – сказала Ольга. – У него сейчас по уши проблем с черной воронкой.

Телефон в моих руках заверещал.

– Угадайте, кто? – спросил я, открывая трубку.

– Вуди Вудпекер. Или Вупи Голдберг.

Мне было не до шуток.

– Да?

– Где находишься, Антон?

Голос шефа был усталый, замученный. Таким я его не знал.

– На лестничной площадке уродского многоэтажного дома. Рядом с мусоропроводом. Здесь довольно тепло и уже почти уютно.

– Нашел мальчишку? – без всякого интереса спросил шеф.

– Нашел…

– Хорошо. Я пошлю к тебе Тигренка и Медведя. Здесь им делать все равно нечего. А ты приезжай в Перово. Немедленно.

Я полез было в карман, и шеф немедленно уточнил:

– Если нет с собой денег… впрочем, пускай даже есть.

– Так серьезно? – только и спросил я.

– Весьма. Можешь выехать немедленно.

Я посмотрел в темноту за окном.

– Борис Игнатьевич, не стоит оставлять парня одного. Он и впрямь потенциально силен…

– Да знаю я… Ладно. Ребята уже едут. С ними мальчику ничего не грозит. Дождись – и немедленно сюда.

Застучали гудки. Сложив трубку, я покосился на плечо:

– И что ты скажешь, Ольга?

– Странно.

– Почему? Ты сама сказала, что им не справиться.

– Странно, что он позвал тебя, а не меня… – Ольга задумалась. – Может быть… да нет. Не знаю.

Я глянул сквозь сумрак – и на самом горизонте обнаружил два пятнышка. Оперативники мчались с такой скоростью, что могли быть на месте минут через пятнадцать.

– Он даже адреса не спросил, – мрачно заметил я.

– Времени не хотел терять. А ты не почувствовал, как он взял координаты?

– Нет.

– Тренируйся больше, Антон.

– Я не работаю в поле!

– Теперь работаешь. Пошли вниз. Зов мы услышим.

Поднявшись – местечко на лестнице и впрямь уже казалось насиженным и уютным, – я побрел вниз. На душе был осадок – скверный, тоскливый. За спиной хлопнула дверь. Я обернулся.

– Мне страшно, – сказал Егор без всяких церемоний.

– Все в порядке. – Я стал подниматься обратно. – Мы тебя охраняем.

Он кусал губы, смотрел то на меня, то на полумрак лестницы.