Линия грез: Линия грез; Императоры иллюзий; Тени снов

Подрабатывая курс, корабль приближался к стыковочным узлам.

Повинуясь жесту офицера Имперских сил, диспетчер базы (глубинная проверка три дня назад, надежность – 0,93, допуск к операции одобрен) включил микрофон. Подмигнул офицеру и сказал:

– «Ка-Эс», вас ожидают на второй посадочной палубе.

– Вторая палуба, принято, – отозвался корабль.

– Как работа? – поинтересовался диспетчер.

– Как платят, так и работаем.

– Ну и правильно. Ачи!

Офицер вскинул станнер.

Диспетчер базы (надежность – 0,93, надежность 1,00 имеет лишь Император) выпрыгнул из кресла.

Прокатился по полу, вскочил, оказавшись перед солдатом в силовой броне.

Рефлексы опередили разум. Солдат поднял левую руку, и закрепленный на предплечье «Страж» проделал в диспетчере обугленную дыру десятисантиметрового диаметра.

– Дарло… – прошептал диспетчер, падая к ногам солдата.

Карантинный корабль начал неуклюже разворачиваться, удаляясь от базы. Но к нему уже приближались катера Службы, абордажные капсулы Имперских сил, крошечные фигурки в мобильных скафандрах.

Защитные системы базы открыли огонь, превращая резонаторы гипердвигателей в паутину плавленого металла.

Служба не выпускала попавших под подозрение.

Агенты Дарлока не сдавались в плен.

Серый конус карантинного корабля дрогнул, теряя очертания. Пламя лизнуло приближающихся десантников и опало, демонстрируя разлетающийся рой обломков.

Если кто-то из бывших карантинников и успел крикнуть «Дарлок!», услышать его было некому.

Их загнали в туннель сквозь целую серию люков-диафрагм. Долго вели в мягком желтом полумраке, чудесном после палящего белого солнца. Вячеслав оглядывался по сторонам – он казался туристом на экскурсии, а не пленным, обреченным на смерть.

В маленьком зале, разделенном решеткой на две части, людей на время оставили в покое. Никто уже не обращал внимания на Кея – даже родители убитых им детей. Кто-то молился, кто-то молча стоял у решетки, разглядывая дарлоксиан. Один сидел за пультом у стены, похожий в своем плаще на древнего монаха.

Трое тихо разговаривали – даже напрягая слух, Кей не уловил ни единого слова.

– Как ты думаешь, это начнется прямо сейчас? – спросил у Кея врач.

– Не знаю. – Кей глянул в лицо Вячеслава. – Знаешь, аТан срабатывает, когда человек умирает. А нас пока берегут.

Врач натянуто улыбнулся:

– Я проходил школу самоконтроля «джень».

– Даже с остановившимся сердцем ты протянешь еще три-четыре минуты.