Ловец видений

Сноходцы редко сходятся друг с другом в Стране Сновидений. По целому ряду причин – но основную мало кто называет вслух, а большинство не признается в этом даже себе.

Живой человек, будь то сновидец или Сноходец, конечно же, интереснее и приятнее рельефа.

Но качественная тварь – гораздо, гораздо интереснее и приятнее живого человека.

Выйдя из «Трех звезд», Григ несколько мгновений размышлял, как проще добраться домой. Будь он ничего не соображающим простецом – проблем не возникло бы вообще. Сновидец, он же «простец», не осознает реальности Страны Сновидений и может перенестись из одной точки в другую без проблем.

Не затруднился бы и Снотворец – большинство их способны повелевать миром Сновидений и свободно телепортироваться.

Но Григ был Сноходцем – не совсем обычным, но Сноходцем. И ему предстояло тем или иным способом дойти до своего дома в квартале Летнего Моря. Сны изменчивы и пластичны, дорога могла занять и несколько минут, и много часов – как повезет.

Самый короткий путь лежал через квартал Вечной Войны.

По большей части он не составлял трудностей – люди, которым снится война, как правило, сами не воевали. Тем же, кому это довелось, обычно снится рутина воинской жизни, походный быт, ожидание боя, друзья – мертвые и живые, но не сам бой.

Но иногда настоящая война снится и им. Вот в таком сне оказаться очень не хотелось. Даже Снотворцы предпочитают не соваться в сон, который снится американскому сержанту, уцелевшему во Вьетнаме, ветерану чеченской войны или африканскому повстанцу.

А уж когда снятся сны японцам, пережившим Хиросиму или Нагасаки… Впрочем, это случается все реже и реже.

Григ покачал головой. И двинулся в ту часть города, которую Сноходцы-мужчины между собой называли «бабьей». Состояла она из квартала Девичьих Грез и квартала Идеальных Мужей. Первый район казался симпатичным и даже умилительным, второй, при всей его безвредности, всегда вызывал у Ловца раздражение. Но особого выбора не было.

Григ шел недолго, всего пару минут – видимо, ему сильно хотелось домой, потому что город вокруг почти сразу начал преображаться.

Вначале изменилась погода. Солнце стало светить как-то ярче, праздничнее. На небе появились облачка – легкие, пушистые, в стране облаков такие могли бы работать манекенщицами. Улицы стали шире и чище, часть домов превратилась в огромные белокаменные особняки с колоннами, часть – в мрачноватые готические здания. Ну и, конечно же, поменялось население.