Новый Дозор

– Национальность?

Дмитрий задумался.

– Обычная, наверное. Уроженец европейской части.

– То есть не кавказец, не азиат, не скандинав…

– Даже не негр.

– Еще что-нибудь?

Пастухов закрыл глаза и нахмурился. Он искренне старался.

– Багажа у него не было. Когда он стоял рядом с Бисатом, я заметил – у него руки пустые. Вряд ли прилетел так, правда?

– Спасибо, это интересно, – сказал я. Конечно, на самом деле багаж мог быть и невидим. Я как-то сам протащил в самолет невидимый чемодан, чтобы не платить за перегрузку…

Полицейский вздохнул и сказал:

– Наверное, надо было вернуться.

Только у меня и впрямь живот свело так, что боялся до туалета не добежать… – Он осекся, потом продолжил: – Я и не добежал. Да вы уже знаете, наверное.

– Знаю, – кивнул я.

– Навалил в штаны, – обреченно сказал Пастухов. – Нет, если бы расстройство какое, дизентерия – так с кем не бывает? А тут… на ровном месте… Пока почистился как смог, пока в дежурку зашел… взял там со старой формы на подмену штаны… Дежурный ржет, понятно, к вечеру все знать будут… Вернулся на пост.

– И?.. – Это интересовало меня куда больше, чем проблемы со здоровьем и реноме Пастухова.

– Да вроде ничего. Бисат стоит, улыбается. Я его спросил, что было с тем, кого он остановил. Бисат рукой махнул, говорит: «Все в порядке, никакого смысла не было его задерживать». Ну, думаю, пронесло… А тут Бисат вдруг снимает китель, погоны так аккуратненько с него сдирает! Бляху сдирает! Документы достает. Пистолет, рацию, спецсредства… И все вручает мне! Я спрашиваю, что с ним.

А он отвечает: «Это все смысла не имеет, нет никакой надобности в моей работе». И к электричке! Я ему кричу вслед, а он рукой машет – и вперед! Сейчас, наверное, уже дома.

– Я слышал, что он сам зашел в дежурную часть, – заметил я.

– Роман небось сказал? – уточнил Пастухов. – Это я его так попросил, когда вещи отнес. Все-таки одно дело, когда человек прямо на улице все бросил, другое – когда в дежурку сдал. Может, одумается, вернется? Ему и так неприятностей светит по полной… хотя, наверное, через дурку пропустят и уволят по состоянию здоровья…

– Ты сам-то веришь, что он вернется? – спросил я.

Пастухов замотал головой:

– Нет. Не верю. Это «тигр». Это он что-то такое с ним сделал. Может, велел так… как вы мне напиться тогда приказали… А может, что-то другое. Не вернется он.

– Спасибо, – сказал я искренне. – Ты хороший человек, мне кажется. Извини, что тогда так вышло.

Пастухов замялся.