Осенние визиты

Съел ее, не почувствовав вкуса.

Что-то заставило его дойти до отдела электроники. Здесь работало несколько телевизоров – по двум крутили кассеты с видеоклипами, остальные были настроены на местные каналы.

Свой дом он узнал сразу. Это был горячий выпуск новостей – той популярной бригады, что носится по городу, прослушивая милицейскую волну и успевая на место преступления едва ли не самой первой.

– Нет, – прошептал Кирилл.

Звук в телевизоре был отключен, наверное, чтобы не заглушать голос певца с другого аппарата.

Под нервный гитарный перебор Кирилл смотрел на покачивающиеся в такт шагам оператора стены подъезда. Наплыв – на шрам в стене, и так отпечатавшийся в памяти. Кирилл зажмурился. Когда он открыл глаза, оператор стоял у открытой двери – у его квартиры. Молодой парень в форме что-то говорил, виновато улыбаясь. Не пускал внутрь?

Потом оператор отступил на шаг, и Кирилл увидел, как выносят носилки, прикрытые белой простыней. Простыня была в бурых пятнах.

Он не заплакал.

Словно окаменел, глядя, как уносят его маму.

Лицо репортера, опять – неслышная скороговорка… На несколько секунд – фотография во весь экран. Его фотография.

Кирилл отступил на шаг.

Голос певца, скользивший где-то по краю сознания, внезапно стал отчетливым, почти материальным. Кирилл схватился за него, как за спасательный круг, жесткий, холодный, но дающий хоть какую-то надежду удержаться.

Плачь! Мы уходим отсюда – плачь,

Небеса в ледяной круговерти…

Только ветер сияния – плачь!

Ничего нет прекраснее смерти…

Кирилл Корсаков, потерявший все, что составляло его жизнь, вышел из магазина.

Нет, он так и не заплакал. Плакать – это порой слишком мало. Он встал к таксофону у входа. Телефон милиции – бесплатно… Кирилл опустил руку в карман. Если у него не осталось жетонов, то он наберет «ноль-два».

Жетон льдинкой коснулся пальцев.

Кирилл набрал номер. Единственный, что смог вспомнить.

– Алло…

Слышно было очень плохо.

– Валя, это ты?

На мгновение Кириллу захотелось, чтобы Валентина Веснина, которого он, как и всех взрослых из клуба «Штурман», звал просто по имени, не оказалось дома.

– Да. Кирилл?

– Привет, Валь…

Пауза.

– Кирилл, у тебя что-то случилось?

Как сказать? Что можно сказать?

– У меня все случилось.

Снова тишина.

– Кирилл, ты где? Мне приехать?

– Я… я сам приеду. – Он проглотил возникший в горле комок. – Валя, не говори никому, что я звонил.