Прозрачные витражи

Ах какая замечательная идея – наказать хакера заключением в виртуальной тюрьме!

0011

Зона катарсиса хакера – подъезд многоэтажки. Грязноватый, с унылыми резиновыми ковриками у дверей. Почему у ковриков всегда такая тоскливая раскраска? Чтобы не сперли?

– Труднее всего перевоспитывать человека, совершившего экономические преступления, – сообщает вдруг подполковник. – Понимаете, Карина?

– Нет, не совсем.

– Ну посудите сами. – Он оживляется. – Вот простейший пример. Медицина лечит страшные болезни: оспу, чуму.

А с банальным насморком справиться не может. Так и с преступлениями в экономической сфере: воровством данных, незаконным пользованием программами. Поймать правонарушителя, наказать его – мы в силах. Но убедить его, что поступать так нельзя… Во-первых, сроки заключения небольшие. Совершенно нет времени на работу с человеком…

Мне почудилось, или в голосе Томилина сквозит огорчение?

– Во-вторых, очень трудно убедить человека, что его действия аморальны.

Даже христианских заповедей не хватает. Сказано «не укради», но разве человек крал? Он всего лишь скопировал информацию. Пострадал ли конкретный человек? По сути – да. Но объясни провинциальному программисту, что Билл Гейтс страдает от незаконного пользования «Виндоус-Хоум», что певице Энии нужны отчисления от продажи дисков!

Я смотрю на Томилина с удивлением. Вот уж не ожидала, что он слушает Энию! Такие, как он, должны слушать музыку раз в год. На концерте в честь Дня милиции.

– Но мы все-таки не сдаемся, – со скромной гордостью говорит Томилин.

Мы идем по лестнице, Томилин легонько толкает каждую дверь. Наконец одна поддается.

Входим.

Квартира. Как принято говорить – чистенько. Даже слишком уж аккуратно, учитывая доносящиеся детские голоса.

– Это квартира обычного российского программиста, – торжественно говорит Томилин, понижая голос. – Зовут его Алексей, жена – Катерина, дочь – Диана, сын – Артем. Имена, возраст, характер – все составлено на основе большой репрезентативной выборки.

Это абсолютно стандартный программист.

У меня в груди шевелится смешок. Но я молчу, киваю.

– Алексей работает в фирме «Седьмой проект», занимающейся выпуском и локализацией игровых программ, – продолжает подполковник. – Но хакеры взломали сервер и украли новейшую игру, над которой программисты работали пять лет. Игра вышла на пиратских дисках, фирма на грани банкротства.

Вслед за Томилиным иду в гостиную.