Визиты: Осенние визиты. Спектр. Кредо

…У подъезда Карамазов остановился.

Неудача – он чувствовал ее. Он снова облажается. Мальчишка выскользнет так же, как старик…

Выматерившись вполголоса, Илья вошел в подъезд. И почти сразу услышал шаги – со второго-третьего этажа кто-то спускался.

Карамазов отчаянно вдавил кнопку лифта. И тот, словно отзываясь на его ярость, распахнул дверцы. Илья ввалился в пустую кабинку, ударил ладонью по кнопкам. Лифт дернулся.

Восьмой этаж… правильно, туда он и собирался.

Карамазов глубоко вдохнул. Тьма вновь взяла его под крыло?

Главное – быстрота.

Лифт остановился. Карамазов глянул на пустую площадку, переложил пистолет в карман плаща.

Двери начали сходиться. Он зло толкнул их локтем, выходя. Посмотрел на дверь той квартиры, куда его тащил заказ.

За ней кто-то был, он чувствовал.

Илья позвонил в меру долго. Замер со скучающим лицом. Глазок на миг потемнел.

– Кто там? – спросил женский голос.

Мысленно Карамазов записал за Тьмой еще один должок.

– Добрый день. Корсаковы здесь проживают?

Пауза…

– Да.

Что вам надо?

Илья неспешно полез во внутренний карман. Достал красную «корочку» – очень убедительную, с хорошей фотографией и прекрасными печатями.

– Я из райотдела.

Дверь приоткрылась. Илья подал поверх цепочки – хорошей, массивной – удостоверение. Женщина, пристально взглянув в его лицо, раскрыла «корочку». Карамазов терпеливо ждал.

– Что случилось? – возвращая почти настоящий документ, спросила женщина.

– Я по поводу вашего сына.

 – Илья вздохнул. – Он попал в неприятную историю.

Дверь открылась.

– Входите, Геннадий Олегович.

Карамазов вошел в квартиру Корсаковых. Посмотрел на женщину. Красивая и очень, очень уверенная в себе. Ни тени паники.

– Где мой сын?

– В школе, полагаю? – вопросом ответил Илья. – Нам надо поговорить о нем.

– Вот тапочки… впрочем, ничего. Не разувайтесь. Будете пить чай?

– Спасибо…

– Людмила Борисовна.

– Не откажусь. – Илья благодарно кивнул, проходя вслед за женщиной на кухню.

С любопытством огляделся. Он любил изучать такие вот срезы чужой жизни, уже падающей в невидимую хозяевам пропасть.

Чистенько. Старенький польский гарнитур – вершина мечтаний в советские времена. Запах разогретых котлет из закрытой сковородки на плите. Илья опустился на табуретку у окна.

– Так что случилось? – Мать клиента поставила перед ним чашку. Карамазов взял ее обеими руками, грея озябшие ладони.

– Я бы попросил вас рассказать о мальчике.