Z: Квази. Кайнозой

– Увы! – вздохнул отец Иоанн. – Если узнаю – непременно сообщу. Но я почти уверен, что она здесь больше не появится. Виктория прекрасно понимает, как я отнесусь к её действиям.

Михаил молча протянул ему визитку. Сказал мне:

– Пойдём, Денис.

Я покосился на мило улыбающегося отца Иоанна и сказал:

– Знаете, то, что вы говорите, это такое безумие…

– Любая религия со стороны кажется безумной, – согласился священник.

– Вы бы вышли из храма, посмотрели на жизнь вокруг, – укоризненно сказал я. – Может, задумались бы о чём.

– Молодой человек, я прожил долгую человеческую жизнь, – ответил отец Иоанн. – Я был православным священником, выдвигался в президенты, строил ракету. Можно ещё сказать, что я был врачом, бандитом, ментом, профессором, шутом. Кем я только ни был! И жизнь увидал во всех её проявлениях, не сомневайтесь.

Так что мой призыв пропал втуне.

Мы вышли из церкви, и я негромко сказал Михаилу:

– Вот же… в президенты он выдвигался!

– Да, было что-то такое… – отмахнулся Михаил.

 – Личность примечательная, тебе с ним спорить бесполезно. Кончится тем, что сам станешь сюда на службы ездить. Но мы приезжали не зря.

– Вот как? – удивился я. – Врёт батюшка? Скрывает Викторию?

– Нет, конечно. Но мы узнали очень неприятную вещь – она идейная. Более того, Виктория уверена, что творит добро. Это очень, очень плохо, Денис. Враг, который работает за деньги, ради власти, ради славы – уязвим. Даже враг, которым движет ненависть, имеет слабые места.

А вот враг, который искренне считает, что он тебя облагодетельствует, который тебя любит – это очень серьёзно.

Я кивнул. Резон в словах Михаила был.

– Хорошо, – сказал я. – Тогда будем считать, что вводная часть окончена и ты наконец-то решил мне рассказать о происходящем. Согласен? Да, нет, опять отложить?

– Давай присядем, – сказал Михаил.

Мы уселись на одну из скамеек. Народа в сквере было не много.

– У нас, кваzи, есть разные взгляды на дальнейшее сосуществование с людьми, – произнёс наконец Михаил.

– Не сомневаюсь.

– Основная масса, разумеется, считает правильным мирное сосуществование. Когда всё нормализуется, восставшие будут помещены в резервации, где будут спокойно дожидаться возвышения, и наши культуры смогут существовать гармонично и счастливо.

– Эту часть можно опустить, – сказал я. – Как и утопии о покорении космоса силами кваzи.

– Почему утопии?

– Потому что по большому счёту космос никому не нужен.