Последний русский. Роман

В другой раз я бы, наверное, так и поступил. Но теперь, когда все чуть не наперебой, хоть и шутейно, советовали мне это, затея отдавала пошлостью, и я решительно от этого отказался.

Но и просто сидеть, дожидаясь Натальи, было невыносимо. Да и Кира могла опять привязаться со своей опекой и разговорами. Я решил немедленно отправиться к Никите, рассудив, что Наталья прекрасно это поймет, не будет удивлена, если я объясню, что решил проветриться, а заодно зайти за ней к Никите. А потом, пожалуй, можно и ей предложить прогуляться перед сном.

В глубине коридора зазвонил телефон, и Кира сняла трубку. Она явно старалась говорить потише, хотя поглядывала в мою сторону, словно речь шла обо мне.

– Нет, нет его! – услышал я. – Здесь таких вообще нет! И не было!.. И не звони сюда больше!

Удивленный, я подошел, но она уже успела повесить трубку.

– Кто звонил? – спросил я.

– Да никто, – раздраженно проворчала она.

– Мне? Кто звонил, Кира? – воскликнул я, схватив ее за руку.

– Господи, да полоумная дура-баба.

– Кто?

– Из морга служительница, – неохотно призналась она.

– Откуда?!

– Работа у них такая, фуй! Немудрено двинуться.

– А что ей было надо?

– Да ничего не надо. Говорю, полоумная. Припугнула я ее немножко, дуру толстую! Уж в третий раз тебе звонит.

– Мне?! Все-таки мне?

В этот момент снова зазвякал телефон. Я потянулся к трубке, но Кира отчаянно замахала на меня руками.

– Не бери! Не бери! Не подходи!

– Да почему? – удивился я.

– Только расстроишься!.

Но я все-таки проигнорировал ее предостережения и решительно снял трубку.

– Алло?

– Алло! Алло! Голубчик сыночек! – услышал я певучий, но явно пьяный голос. – Слава Богу! А то эта дура звать не хотела. Мне тут еще троих одевать, а она мне лапшу вешает. Да ты слушаешь, понимаешь меня, мой дорогой?

– Я-то слушаю, – как можно строже сказал я. – Только вы ничего не говорите!

– Вот умница мальчик! Я говорю. Только сейчас что-то в горле ссиплось.

– Вы кто? Вам кого нужно?

– Как кого? Тебя. Тебя и надо. А меня тетей Анжеликой зовут. Помнишь, толстая такая? Идут и идут к нам, как говорится, толпой, со всех четырех сторон света. Ты, в общем, не сомневайся. Она это была, она. В нашей бухгалтерии тоже путаница бывает. Я-то их всегда по головам считаю. На лица что смотреть! Все на одно лицо.