Сильные впечатления. Роман

Маша искоса взглянула на суженого. Ей оставалось лишь надеяться, у них не родится дочь. А если, по оказии, и случится такое, то не дай ей бог такого шнобеля, как у родителя!

Маша уже готова была заголосить принародно, что все происходящее здесь – не что иное, как ужасная ошибка, однако раввин вдруг заговорил на языке исторической родины. Ей пришло в голову, что потом она будет вправе заявить, что ни бельмеса не поняла, а потому их с Эдиком брачный союз не может быть признан божественно утвержденным.

«Если б мне только знать, отче, ваше преподобие, досточтимый ребе, на что меня тут подписывают, а главное, что это на веки вечные, то уж, само собой, я бы не стояла тут, пока эти треклятые голуби выпархивают из своих клеток и кружат у нас над головами, забрасывая фекалиями мою новоиспеченную многоуважаемую свекровь.

Кроме всего прочего, ребе, примите во внимание, что я крещеная православная, и, к тому же, отчасти даже приобщенная к евангелическим истинам и старообрядческим заповедям!»

Эти или подобные слова внутренний голос скороговоркой бубнил в Машином мозгу, однако внезапно все оборвалось и закончилось весьма центростремительно.

Не исключено, что в тот момент она упала в обморок или чтото вроде этого – одним словом, на какоето время отключилась… В общем, когда она пришла в себя, раввин уже наставлял молодоженов.

Догадайся Маша минутой раньше, она могла бы просто извиниться перед собравшимися и улизнуть, – пусть, мол, продолжают без нее. Однако теперь поздно, слишком поздно.

Теперь уж она – не она, а мужняя жена.

Даже если Маша и не растолстеет в замужестве, то все равно – отныне в каждом своем движении она будет зависеть от некоего Эдика Светлова… И что самое прискорбное – она осуждена на исполнение супружеских обязанностей, хотя никакой страстью здесь даже и не пахло.

Одной рукой Эдик крепко взял Машу за талию, а другой полез разбираться с ее накидкой. Старшая сестра Маши, Катя, исполнявшая обязанности свидетельницы со стороны жениха, принялась распутывать ленты, чтобы добраться до белых кружев, отбросить их вверх и таким образом предоставить Машиному супругу наилучшие условия для проникновенного поцелуя… Словом, уж если предает родная сестра!.

. Впрочем, сама Катя уже успела нажить в законном браке одного ребенка и «спланировала» следующего. Что и говорить, дурное дело – нехитрое. Маша невольно уклонилась от проворных пальцев сестры, но та цепко ухватила ее за плечо.