Чужие игрушки. Часть 1

Одновременно, эта мера снимала нервное напряжение с родителей, и после экзекуции отцы становились добрыми. В отцах боролось чувство исполненного долга в воспитании подрастающего поколения с жалостью к своим непослушным сыновьям. Радовала суровых отцов и отсутствие необходимости нудить о безобразном поведении отпрыска. Коля, слушая рассказы приятелей, о суровых воспитательных мерах их родителей, удивлялся тому факту, что ни его, и не его братьев отец никогда не порол ремнем. Этот факт он тщательно скрывал от своих приятелей, чтобы не казаться белой вороной.

Жизнь текла размеренно и непринужденно. Особую зависть среди пацанов вызывали складные линзы, стекла которых при повороте прятались в круглый карманчик пластмассового футляра. Эти линзы продавались в книжном магазине, в школьном отделе. Уговорить родителей купить такую линзу удавалось единицам мальчишек. Обычно на это расщедривались либо дед, либо бабка.

Мальчишки рассаживались на деревянном щите канализационного колодца и направляли весеннее солнце через линзы на расчески и фотопленку.

Сначала на расческе, где сфокусировалось солнце появлялся сизый, остро-пахнущий дымок и раздавалось шипение и потрескивание перегретой пластмассы. Потом дымок становился гуще, и расческа вспыхивала. Почему это приводило мальчишек в восторг, они и сами не знали. Родители удивлялись куда исчезают расчески, но мальчишки эти расчески палили и палили. Жертвовали деньгами, которые давали на мороженное на приобретение новых расчесок. Радовало и успокаивало одно – это поветрие приходило с первыми весенними днями и бесследно проходило с их окончанием. Эти первые весенние дни пьянили, дурманили пряными запахами прелой листвы, проступающей из-под снега и свежестью влаги в воздухе. Предвестником, того что лыжи скоро придется убрать в кладовку, были пушистые, как кошачьи хвосты, сережки на вербе. Наступало время первых ручьев и резиновых сапог. Последний снег ноздревато искрился на солнце, плакал ручьями слез, предсмертно скрипел, и потрескивал. Первые ручьи пробивали себе дорогу в придорожных кюветах, и тащили с собой мусор, который крутился в водоворотах, перед еще не растаявшими, снежными заторами. Пора расчесок и увеличительных стекол уходила наступала пора пускать кораблики. Первые кораблики впопыхах складывали из листов школьных тетрадей. На их бортах красовались фиолетовые ученические каракули и ровные красные отметки учителей.