Миссия для чужеземца

Многие из вас знали старого Трука? Так вот его больше нет. Все его постояльцы убиты, дом сожжен. Мы похоронили их. И тоже ищем защиты для себя, как и вы, за стенами Эйд-Мера. Многие ли из вас слышали, чтобы демоны хоронили убитых? А еще за день перед этим мы хоронили охотника Фавуса, у которого в городе осталась жена с четырьмя детьми. Думаете, только вас настигла беда?

В толпе ойкнули, и несколько женщин торопливо побежали в сторону верхних улиц.

– Не слушайте его! – снова заорал Бланг. – Он скажет что угодно, только бы избежать смерти!

– Смерти?! – возмутился Лукус.

 – И это говоришь ты, охотник за демонами? Который, скорее всего, не видел ни одного демона в своей жизни? Смотри!

Белу подошел к Сашке, отстраненно стоящему посередине круга, взял его руку и быстрым движением сделал надрез. На ладони мгновенно набухла полоска крови. Алые капли упали на каменную мостовую.

– Видите? Это кровь человека! – крикнул Лукус. – Все знают, что кровь демона черная! Что?.. – Травник подошел вплотную к опешившему верзиле.

 – Скольких безвинных людей ты уже загубил вместе со своим псом?!

– Смотрите! – неожиданно рассмеялся Дан, до этого момента стоявший как засохшее дерево. – Смотрите!

Пес, только что пытавшийся порвать толстый канат и скаливший огромные зубы, теперь лежал в пыли и, положив голову на передние лапы, еле слышно поскуливал, виляя при этом хвостом.

– Пошли, Саш, – сказал Лукус, бросив взгляд на обескураженного верзилу, к которому уже подбирался остервеневший корчмарь.

 – Вот и стража наконец проснулась и движется в нашу сторону от крепостных ворот. Пошли отсюда. До тех пор пока не произойдет что-нибудь более выдающееся, мы самые знаменитые элбаны в городе. Мне это очень не нравится. Хуже может быть только одно…

– Если следующее выдающееся событие опять произойдет с нами, – неожиданно продолжил Дан.

– Точно! – Лукус озадаченно вернул в ножны меч. – Да что с тобой? Пойдем!

– Да, – согласился Сашка, словно только что вернувшись из забытья.

– Пошли, – повторил Лукус и, понизив голос, спросил чуть слышно: – Что ты сделал с псом?

– Я открылся ему, – негромко сказал Сашка.

В какой-то момент жизни Сашка понял, что отличается от других людей. Он всегда знал, что чувствуют окружающие. Дома, в школе, в армии. Сашка не читал мысли, он ощущал состояния. Ему казалось, что человек, переживающий затруднения, – хмурится, человек, испытывающий боль, – искажает лицо гримасой.